LIBRARY.EE is an Estonian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: EE-40

share the publication with friends & colleagues

Марксизм-ленинизм учит, что способ завоевания власти пролетариатом в той или другой стране зависит от международной и внутренней обстановки, от соотношения классовых сил, от степени организованности рабочего класса и его революционной партии, от их умения привлечь союзников, в первую очередь крестьянство, на свою сторону. В. И. Ленин указывал: "Маркс не связывал себе - и будущим деятелям социалистической революции - рук насчет форм, приемов, способов переворота, превосходно понимая, какая масса новых проблем тогда встанет, как изменится вся обстановка в ходе переворота, как часто и сильно будет она меняться в ходе переворота"1 .

В Латвии, так же как в Эстонии и Литве, победа социалистической революции в 1940 г. была достигнута мирным путем. Коммунистическая партия Латвии (КПЛ), руководствуясь учением марксизма-ленинизма о пролетарской революции, историческим опытом КПСС и международного рабочего движения, сумела найти свой путь к завоеванию власти пролетариатом.

Изучение форм и методов деятельности КПЛ в условиях фашистской диктатуры представляет несомненный политический и научный интерес. Эмигрантские буржуазно-националистические историки пытаются извратить сущность освободительного движения трудящихся Латвии во главе с рабочим классом, представить в ложном свете революционные события 1939 - 1940 годов. Буржуазные фальсификаторы, не признающие прогрессивной роли масс в истории, замалчивают борьбу антифашистского фронта латышского народа против диктатуры Ульманиса, пытаются представить социалистическую революцию в Латвии как результат якобы "оккупации прибалтийских стран вооруженными силами СССР", изобретая для этой цели даже специальный термин - "инкорпорация", то есть включение Прибалтики в состав Советского государства2 .

Советская историография в последнее время хотя и освещала освободительное движение трудящихся и ход социалистической революции в Латвии, но далеко не полно3 . В настоящей статье делается попытка показать основные этапы борьбы антифашистского народного фронта под руководством КПЛ против фашистской диктатуры, борьбы, увенчавшейся победой социалистической революции в Латвии.


1 В. И. Ленин. Соч. Т. 32, стр. 316.

2 "Baltic Humanitarian Association". Annexation of the Baltic States. Sweden. Stockholm. 1946; A. Bilmanis. Latvian - Russian relations. Documents. Washington. 1944; E. Dunsdorf. Senie stasti, Latvijas vestures Lasama gramata. Melnburna. Australijas latvietis. 1955; Latviju enciklopedija. Red. A. Svabe. Stokholma. Apgads Tris zvaigznes. 1 - 3 sej. 1950 - 1955.

3 См., например, "История СССР. Эпоха социализма (1917 - 1957 гг.)". Учебное пособие. Госполитиздат. 1957.

стр. 62

В мае 1934 г. в Латвии была установлена фашистская диктатура Ульманиса. Для рабочего класса и подавляющего большинства народа это означало резкое (усиление политического и экономического гнета.

Реальная заработная плата рабочих систематически падала, чего не могла скрыть даже фальсифицированная фашистская статистика4 . По ее данным, заработная плата с 1933 по 1938 г. номинально возросла на 10 - 15%. В то же время цены на продукты поднялись на 27%. Обувь вздорожала на 25%, одежда - на 42,2%, дрова - на 34,3%, квартирная плата - на 37% и т. п. За 5 лет хозяйничанья фашистской клики стоимость жизни возросла примерно на 22%. Женский и детский труд безжалостно эксплуатировался, причем женщинам и детям обычно платили половину либо треть заработка рабочего-мужчины. Условия труда в фашистской Латвии отчетливо показывает письмо рабочих фабрики "Латлини": "Грязь, воздух, полный испарений гниющего льна, - в таких условиях мы работаем изо дня в день. Спецодежды у нас нет. Правила охраны труда не принимаются во внимание, из-за чего часто происходят несчастные случаи"5 . Как правило, ткачихи фабрики получали около 2 латов в день.

Жестокой эксплуатации подвергались в кулацких хозяйствах сельскохозяйственные рабочие. "Рабочий день начинается на рассвете с половины четвертого утра и кончается вечером с наступлением темноты. На отдых остается около 6 часов. Еда совсем плохая... Кулаки держат сельскохозяйственных рабочих в положении животных"6 , - писал один из батраков в газету "Циня". За свой тяжелый, ненормированный труд сельский рабочий получал ничтожную плату - 30 - 40 латов в месяц7 .

Трудящемуся крестьянству фашизм принес разорение, нищету и бесправие. С 1935 по 1939 г. свыше 26 тыс. бедняцких и середняцких хозяйств было объявлено к распродаже с молотка.

Увеличивая с каждым годом налогообложение, основная тяжесть которого падала на трудящихся, правительство непомерно раздувало расходы на содержание чиновничьего аппарата, полиции и армии, расхищало государственное достояние. Тяжелое экономическое положение народных масс усугублялось хозяйничаньем в экономике Латвии иностранных капиталистических монополий, получавших огромные прибыли от эксплуатации страны.

Фашистские заправилы глумились над демократической культурой латышского народа, всемерно старались насаждать идеологию оголтелого шовинизма и буржуазного национализма. В период фашистской диктатуры предельно обнажились классовые противоречия, прикрываемые ранее институтами буржуазного парламентаризма, иллюзиями демократических свобод.

В 1939 - 1940 гг. в стране резко возросла безработица, усилилось обнищание масс. С началом второй мировой войны экономика Латвии, зажатая в тисках экономического кризиса, оказалась на грани катастрофы. Стремясь удержаться у власти, клика Ульманиса пошла на предательство национальных интересов и решила отдать страну гитлеровской Германии.

Таким образом, весь ход исторического развития буржуазной Латвии с непреложной необходимостью ставил вопрос о социалистической революции как единственном выходе и средстве спасения от полной национальной катастрофы.

Под руководством нелегальной КПЛ трудящиеся все активнее включались в широкое антифашистское движение за свержение ненавистного


4 "Latvijas valsts statistiskas parvaldes biletens". 1939, N 2.

5 "Cina" N 2, 1939 года.

6 "Cina" N 5, 1939 года.

7 "Cina" N 3, 1939 года.

стр. 63

режима Ульманиса. При этом их вдохновляли всемирно-исторические завоевания народов СССР в строительстве социализма и борьба международного пролетариата против гнета капитала, за свое социальное и национальное освобождение.

Коммунистическая партия Латвии в течение 20-летнего господства буржуазии настойчиво вела борьбу за завоевание большинства рабочего класса на свою сторону, VIII съезд КПЛ (1931 г.) поставил задачу усилить борьбу за единство рабочего класса, против предательских раскольнических действий лидеров латышской социал-демократии8 . Выполнению этой задачи была подчинена вся деятельность Коммунистической партии.

Важнейшим условием привлечения трудящихся на сторону пролетариата было создание и укрепление союза рабочих и крестьян, без чего невозможна не только победа социалистической революции, но и образование мощного антифашистского фронта.

Коммунистическая партия Латвии, руководствуясь марксистско-ленинским учением, вела упорную борьбу за превращение трудящегося крестьянства в союзника пролетариата, высвобождение его из-под влияния буржуазии, создание политического союза рабочих и крестьян. В тогдашних конкретных исторических условиях формой такого союза являлся антифашистский народный фронт, куда, кроме рабочего класса и его основного союзника - трудящегося крестьянства, должны были войти и другие социальные группы, недовольные внутренней и внешней политикой фашистского правительства, заинтересованные в его свержении. Основным ядром и движущей силой антифашистского народного фронта являлись рабочий класс и беднейшее крестьянство, руководимые Коммунистической партией Латвии. Как в периодических изданиях9 , так и в ряде листовок и воззваний10 КПЛ неоднократно подчеркивала, что трудящееся крестьянство - основной союзник пролетариата в борьбе против фашизма, за демократические свободы и национальную независимость.

Выдвигая задачу образования антифашистского народного фронта, Коммунистическая партия исходила прежде всего из того, что в стране имелись объективные условия для создания союза рабочего класса и прудящегося крестьянства. В фашистской Латвии, несмотря на свирепый террор и жестокие репрессии, а также социальную демагогию фашизма, условия для создания такого союза объективно были более благоприятные, чем в предшествующий период.

С помощью аграрной реформы 1920 г., реализация которой была преднамеренно растянута почти на 20 лет, буржуазии и оппортунистам удалось на время обмануть значительную часть безземельного и малоземельного крестьянства. Не случайно именно в 20-х годах социал-демократы, основные защитники буржуазной аграрной реформы, имели значительное политическое влияние среди крестьян Латвии. Аграрная реформа способствовала также возрождению и усилению частнособственнических устремлений крестьянства, отвлекала его от революционной борьбы. Таким образом, буржуазии удалось на некоторое время оторвать от пролетариата значительную часть трудящихся крестьян и повести их за собой. В результате до наступления мирового экономического кризиса трудящееся крестьянство Латвии очень медленно втягивалось в революционное движение. Только в ходе аграрной реформы, особенно на заключительном ее этапе, когда капиталистический характер реформы и ее противоречия проявились


8 С помощью правых социал-демократов буржуазии удалось после поражения Советской Латвии в 1919 г. расколоть пролетариат и в течение длительного времени через правую социал-демократию, буржуазную агентуру в рабочем движении сохранять свое влияние среди значительной, но наиболее политически несознательной части латышского рабочего класса.

9 См., например, газеты "Cina" (N 6, 1938 г.), "За единство" (март 1938 г.) и другие издания КПЛ.

10 Центральный государственный архив (ЦГА) Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, дд. 715, 785.

стр. 64

наиболее отчетливо, батраки, малоземельные крестьяне и часть среднего крестьянства убедились, что буржуазия их обманула. В результате осуществления реформы основная часть земельного фонда страны оказалась в руках кулачества.

В годы фашистской диктатуры, на которые приходится заключительный этап проведения аграрной реформы, среди крестьян произошли значительные изменения. Глубокий процесс расслоения крестьянства, обнищание его трудящегося большинства, разорение середняка и обогащение кулачества вели к быстрому революционизированию трудящихся крестьян.

Немало сил латышские коммунисты затратили на то, чтобы преодолеть тенденции сектантства внутри КПЛ, очистить партию от троцкистских элементов, правых и "левых" уклонистов.

Правительство Ульманиса распустило буржуазные партии и со всей силой обрушилось на авангард рабочего класса - КПЛ. Фашистский переворот после падения Советской власти в Латвии в 1919 г. был крупнейшим поражением латвийского пролетариата и в силу допущенных ранее ЦК КПЛ сектантских ошибок оказался для партии неожиданностью11 . Рабочий класс и КПЛ понесли серьезные потери. Однако фашизм, несмотря на массовые аресты коммунистов, комсомольцев, беспартийных активистов в революционных профсоюзах, не смог уничтожить партию и рабочее движение, имевшее богатые революционные традиции и опыт совместной борьбы с революционным пролетариатом России. КПЛ оказалась единственной партией, продолжавшей бороться против фашизма. Социал-демократическая партия была разгромлена и перестала существовать. Правые лидеры социал-демократии поспешили признать новую власть и старались приспособиться к ней. После фашистского переворота примерно из 400 арестованных и заключенных в Лиепайском концентрационном лагере социал-демократов только 5 - 6 человек не подали прошения Ульманису об освобождении. "Все прочие, в том числе и члены ЦК и бывшие депутаты, или сами или при посредничестве своих жен и друзей вручили Ульманису прошения и дали обещания не заниматься политикой"12 . Подавляющее большинство лидеров латышской социал-демократии, такие, как Пауль и Клара Калнынь, Я. Целмс, О. Брикшкис, и не думали о борьбе против фашизма, а такие, как Ф. Циеленс и Р. Иванов, некоторое время после переворота даже оставались на своих постах - посла в Париже и государственного контролера13 . Многим из бывших социал-демократических лидеров правительство Ульманиса назначило высокие пенсии. Так, К. Декенс, К. Элиас, Р. Дукурс и другие получали по 500 латов в месяц14 .

Обманутые и дезорганизованные социал-демократическими лидерами массы рабочих переживали глубокий идейный кризис и искали путей борьбы с фашизмом. Весь опыт предшествующего революционного движения, тяжелые условия фашистского гнета подсказывали сознательным пролетариям необходимость единства рабочего класса, тесного боевого контакта с коммунистами. Революционное крыло социал-демократии, порвавшее с предательским руководством, ушло в подполье. Вскоре после фашистского переворота оно создало нелегальную социалистическую рабоче-крестьянскую партию Латвии (СРКПЛ) и начало устанавливать связи с коммунистами.

На нелегальном учредительном собрании этой партии, состоявшемся в конце мая 1934 г., присутствовала группа находившихся на свободе социал-демократов. Среди них были Бокмелдер, Приедит, Э. Озолиня, Миезис и другие. Собрание постановило начать осуществление политики еди-


11 См. решение Интернациональной контрольной комиссии Коминтерна "Об ошибках руководства КП Латвии" в начале августа 1936 г. (журнал "Коммунистический Интернационал", 1936, N 17, стр. 119).

12 A. Rudevics. Mensevisma bankrots Latvija. Riga, 1957, lp. 130.

13 Там же, стр. 130 - 131.

14 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, 1934 - 1935 гг., оп. 1, д. 870, л. 159.

стр. 65

наго фронта и избрало представителей в комитет единства. Это решение явилось первым шагом революционного крыла бывшей социал-демократической партии к установлению единого фронта с коммунистами Латвии. Участники собрания пришли к выводу: "Кто хочет серьезно бороться против фашизма, тому надо ориентироваться на Советскую власть, надо искать единый фронт с Коммунистической партией, единый фронт рабочего класса"15 . К тому же выводу пришла и небольшая часть социал-демократов, заключенных в Лиепайском концентрационном лагере, и, в частности, Рудевиц16 , написавший 8 начале 1935 г. письмо о необходимости новой тактики - установления единого фронта с коммунистами. Группа активных социал-демократов, находившихся в лагере, обсудила это письмо и затем переслала на волю членам нелегальной СРКПЛ, которые его размножили как своего рода программу действий на ближайшее время.

К концу 1934 г. в Риге было создано несколько кружков нелегальной СРКПЛ, установлена связь руководства партии с местными организациями в Лиепае, Вентспилсе, Елгаве и Валмиере. В деревне СРКПЛ не удалось создать своих организаций. Сама партия была малочисленной; в ней в 1934 - 1936 гг. насчитывалось около 200 членов. Одновременно была создана также молодежная организация СРКПЛ - нелегальный Союз социалистической молодежи Латвии (ССМЛ).

Осенью 1934 г. состоялась 1-я конференция СРКПЛ. К этому времени она выпустила в своей нелегальной типографии "Коломан Валиш"17 несколько листовок, стала издавать газету "Революционарайс социалисте" ("Революционный социалист"), а позднее начал выходить орган рижского комитета СРКПЛ "Ригас страдниекс" ("Рижский рабочий"). Протоколы и материалы 1-й конференции СРКПЛ не сохранились, но о ее политической программе в то время можно судить по брошюре "Тактика СРКПЛ", изданной ЦК СРКПЛ в ноябре 1934 года. В ней имелись правильные тезисы о том, что "свергнуть фашистскую диктатуру и создать рабоче-крестьянское правительство способен только единый рабочий класс" и что "диктатура буржуазии или рабочих - так сейчас стоит вопрос в Латвии"18 . Но в то же время содержалось и неверное утверждение о том, что необходимость борьбы за диктатуру пролетариата вызывалась будто бы исключительно фактом установления фашистской диктатуры в Латвии. В брошюре говорилось: "Не по вине рабочего класса, а из-за политики буржуазии вместо демократического пути к власти выдвигается путь гражданской войны и диктатуры..."; "...С переворотом 15 мая демократический путь рабочего класса к завоеванию власти закрыт"19 .

Влияние оппортунистических взглядов сказалось и в критике поли-таки бывшей социал-демократической партии, содержавшейся в программном документе СРКПЛ. Признавая ряд ошибок, допущенных этой партией в период подготовки буржуазией фашистского переворота, авторы брошюры умалчивали о том, что основной причиной победы фашизма в Латвии явился раскол правой социал-демократией рабочего класса, и заявляли, что "все же главное - та неблагоприятная обстановка, которая сложилась в Латвии после победы фашизма в Германии"20 . Авторы "Тактики СРКПЛ", уклонившись от подлинной критики предательства правых со-


15 A. Rudevics. Указ. соч., стр. 134.

16 А. Рудевиц до фашистского переворота был руководящим работником социал-демократической партии Латвии. В годы фашистской диктатуры он активно участвовал в борьбе против фашизма, был избран на I съезде нелегальной СРКПЛ (1935 г.) председателем партии, в 1940 г. стал членом Коммунистической партии. См. о деятельности СРКПЛ A. Rudevics. Указ. соч.

17 Типографии было присвоено имя Коломана Валиша, члена социал-демократического "Шуцбунда", активного участника вооруженного выступления пролетариата Вены в феврале 1934 года.

18 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, 1934 г., оп. 1, д. 802, л. 27.

19 Там же, лл. 26, 27.

20 Там же, л. 26.

стр. 66

циал-демократических лидеров, объясняли установление фашистского режима тем, что якобы "среди рабочих победы фашизма вызывали страх"21 .

Бывшие лидеры обанкротившейся социал-демократии, обосновавшись за границей, всячески пытались свернуть СРКПЛ с избранного ею правильного пути единого фронта с КПЛ. Семья Калнынь (Пауль, Клара и Бруно) и группировавшиеся вокруг нее социал-демократические круги делали все возможное, чтобы нелегальная СРКПЛ не получала денежных средств, помощи от социал-демократических партий различных стран. Они разослали письма шведским социал-демократам и лидерам других партий II Интернационала, в которых члены СРКПЛ, сторонники единого фронта, объявлялись коммунистами, не заслуживающими никакой поддержки.

В ходе упорной борьбы за создание единого фронта рабочего класса Латвии, а затем антифашистского народного фронта большинство членов СРКПЛ с помощью дружеской критики КПЛ постепенно освобождалось от оппортунистических влияний и становилось на позиции Коммунистической партии. Этот процесс завершился в 1940 г. самороспуском СРКПЛ и вступлением ее членов в ряды КПЛ.

С приходом фашистов к власти в Латвии резко усилился террор против прогрессивных элементов и в первую очередь против коммунистов. Массовые репрессии, аресты, обыски значительно усложнили деятельность коммунистов, находившихся в глубоком подполье. В 1934 - 1940 гг. латышские фашистские власти подвергли различным репрессиям 18518 человек22 .

Характеризуя положение в стране во время фашистской диктатуры, орган ЦК КПЛ газета "Циня" писала: "Подобного бесправного общества в политическом смысле не было даже в самые темные времена реакции царизма. Фашисты Ульманиса поставили латышский народ в смысле политических прав даже ниже колониальных народов. Шпионы Ульманиса, шныряют крутом, донося о каждом, кто критикует фашистский режим. За каждое слово против фашистского строя угрожает административная мера наказания, а за антифашистскую деятельность сажают в тюрьму. Латвийские тюрьмы настолько переполнены, что не хватает места"23 .

Однако, несмотря на фашистский террор и репрессии, Коммунистическая партия Латвии продолжала свою активную деятельность и развернула борьбу за единство рабочего класса, за создание народного антифашистского фронта. Только с мая по декабрь 1934 г. ею было издано и распространено 110 названий различных листовок и воззваний, выпущено 75 названий нелегальных газет, журналов и брошюр24 . В июле 1934 г. КПЛ обратилась к членам бывшей социал-демократической партии с призывом создать единый фронт для борьбы с фашизмом. По инициативе КПЛ в Риге и многих других городах Латвии в июне - июле 1934 г. состоялись нелегальные собрания рабочих, рядовых социал-демократов, на которых было решено организовать комитеты единства действий с коммунистами. Под руководством КПЛ такие комитеты были созданы. Они заложили основы для установления единства действий рабочего класса Латвии.

В мае - июле 1934 г. были образованы комитеты единства в Риге и Вентспилсе, достигнуто соглашение о единстве действий между молодежными организациями Риги - комсомолом Латвии (КСМЛ) и ССМЛ, организован совместный протест против суда над рабоче-крестьянской фракцией латвийского сейма, проведены общие политические акции в день фашистского праздника "Возрождения песни" и т. д.25 . Общими силами КПЛ


21 Там же.

22 Подсчитано автором на основе архивных данных. См. ЦГА Латвийской ССР ф. 3235, оп. 1, дд. 179, 186, 199, 411, 595, 605, 675, 684 и 711 за 1934 - 1940 годы.

23 "Cina" N 4, 1939 года.

24 "Latvijas PSR vesture. Saisinats kurss". K. Strazdina red. Riga. 1956, lp. 408.

25 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 865, л. 108.

стр. 67

и СРКПЛ отмечался международный антивоенный день - 1 августа26 . Одновременно устанавливалось единство действий и в экономической борьбе рабочих. Уже первые стачки, проведенные в 1934 г. в условиях фашистского господства (строительных рабочих в Кемери, рабочих Рижского городского строительного управления, Елгавского сахарного завода, каменщиков Лиепаи и др.), показали, что фашизму не удалось подорвать революционное движение латышского пролетариата. В организации и проведении этих стачек наряду с коммунистами участвовали члены СРКПЛ. Так стало осуществляться на практике единство действий КПЛ и СРКПЛ.

Коммунисты Латвии в условиях фашистской диктатуры борьбу за единый фронт рассматривали как основной метод мобилизации сил и завоевания большинства рабочего класса. "Важнейшей задачей нашей партии в политике завоевания большинства рабочего класса, - писала "Циня" в июле 1934 г., - является организация единого фронта пролетариата против эксплуататоров, кулаков, зверского шовинизма, гитлеровских агентов, свирепствующего террора и репрессий"27 . В июле 1934 г. Коммунистическая партия опубликовала платформу единого фронта и на основе ее развернула активную деятельность в массах. Платформа была направлена на защиту повседневных экономических и политических интересов рабочего класса и всех трудящихся страны. 22 сентября 1934 г. ЦК КПЛ обратился с письмом к ЦК СРКПЛ, в котором предлагал создать единый фронт обеих партий, подписать соглашение об организации общих акций и комитетов единства28 .

Коммунистическая партия внесла конкретные предложения относительно единого фронта, которые стали основой заключенного в ноябре 1934 г. договора о совместной деятельности КПЛ и СРКПЛ29 . Этот договор предусматривал общую борьбу против наступления капитала на правовое и материальное положение трудящихся, против закрытия рабочих организаций и их фашизации, за восстановление профсоюзов как боевых классовых организаций и продолжение их деятельности в виде оппозиционных групп из членов запрещенных профсоюзов. Обе партии договорились о совместной борьбе против фашистского террора, за освобождение всех антифашистов, против угнетения других народов и шовинизма, против преследований всех антифашистов-демократов, социалистов, коммунистов и беспартийных.

Было также достигнуто соглашение по вопросам борьбы за свободу организаций, собраний, забастовок, печати. КПЛ и СРКПЛ сообща должны были выступать против фашизации и милитаризации школы, за бесплатное обучение, против увольнения прогрессивных учителей. С особой силой соглашение подчеркивало необходимость совместной борьбы против политики подготовки империалистической войны и предательства национальных интересов Латвии, разоблачало гитлеровскую ориентацию фашистской клики Ульманиса. Главным организационным оружием соглашение признало комитеты единства, а наиболее применимыми формами борьбы - собрания протеста, массовки, митинги, демонстрации, временное прекращение работы на предприятиях и тщательно подготовленные забастовки. Договор о едином фронте был опубликован за подписями ЦК КПЛ и ЦК СРКПЛ в виде листовки, получившей широкое распространение30 .

Этот договор имел большое политическое значение в истории рабочего движения в Латвии. Его заключение означало победу идей Коминтерна, победу политики КПЛ, неустанно боровшейся за единство рабочего класса. Договор положил конец расколу латышского пролетариата, создал


26 Там же, л. 106.

27 "Cina" N 6, 1934 года.

28 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 871, л. 217.

29 Там же, д. 802, л. 48; см. также журнал "Cinas biedris", 1935, N 2, стр. 112.

30 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 632/8, л. 42.

стр. 68

благоприятные условия для завоевания Коммунистической партией безраздельного руководства рабочим движением, объединения рабочего класса и его политического воспитания. Договор заложил основы успешной борьбы трудящихся Латвии под руководством КПЛ за свержение фашизма и победу социалистической революции.

15 октября 1934 г. ЦК КСМЛ и ЦК ССМЛ опубликовали совместную декларацию "Единый фронт трудовой молодежи против фашизма и войны. За общую революционную борьбу!". В декларации предусматривалось: "1) Вместе защищать интересы трудящейся молодежи на предприятиях, местах общественных работ, школах, в деревне; 2) все выступления на предприятиях и в местах общественных работ связывать с требованиями рабочего класса; 3) вместе организовывать борьбу учащихся; 4) вместе организовывать борьбу против войны и контрреволюционной интервенции против СССР. Подготовить самые широкие массы трудящихся для того, чтобы империалистическую войну превратить в гражданскую войну против буржуазии Латвии, за социалистическую Советскую Латвию; 5) обменяться во всех инстанциях референтами и представителями, чтобы обсудить те вопросы, по которым еще нет согласия"31 . В декларации также говорилось, что обе стороны сохраняют свободу критики действий другой стороны, если эти действия противоречат платформе общей борьбы.

В своей антифашистской деятельности КПЛ руководствовалась решениями 7-го конгресса Коммунистического Интернационала, выдвинувшего перед коммунистами всех капиталистических стран задачу создания единого рабочего и широкого антифашистского народного фронта. Давая оценку политического положения в стране и формулируя основные задачи партии в борьбе против фашизма, ЦК КПЛ в программном документе "О тактике КПЛ" (1935 г.) указал, что "фашистская диктатура, создавшая огромные трудности революционному движению, в то же время - исходный пункт развития еще более глубокого кризиса, развития анархии производства и классовой борьбы, новых революционных подъемов. Диктатура Ульманиса находится на службе у гитлеровцев и английских империалистов, и ее создание - решающий шаг в окончательной подготовке интервенционистской войны. Банкротство социал-демократической партии налагает на КПЛ задачу организовать единый фронт пролетариата Латвии, быстро объединить под своим руководством большинство пролетариата Латвии, объединить вокруг него весь трудовой народ в борьбе против фашистской диктатуры, против гитлеризации Латвии, на борьбу за свержение фашистской диктатуры, за Советскую власть"32 .

Программные установки КПЛ легли в основу последующей организации и деятельности антифашистского народного фронта.

Осуществлять тактику единого фронта Коммунистической партии приходилось в непримиримой борьбе с сектантством и оппортунистическими искривлениями в собственных рядах. "Левые" сектанты не желали признать факта существования другой нелегальной партии рабочего класса - социалистической рабоче-крестьянской партии Латвии - и отказывались от совместных действий с ее организациями. Появление нелегальной СРКПЛ они считали очередным маневром лидеров социал-демократии, не понимая, что это результат в первую очередь горячего желания наиболее революционной, пролетарской части членов распавшейся социал-демократической партии бороться против фашизма. Неверная оценка соотношения классовых сил в стране после прихода фашизма к власти и отрицание тактики единого фронта привели в ряде организаций КПЛ к левосектантским извращениям политической линии Коминтерна и Коммунистической партии Латвии.


31 Там же, л. 290.

32 Там же, д. 865, л. 76.

стр. 69

Особенно сильно эта тенденция проявилась в 1934 г, в рижской организации КПЛ и в ее руководстве. На предложение рижской организации СРКПЛ о единстве действий на базе признания необходимости борьбы за установление диктатуры пролетариата Рижский комитет компартии в августе 1934 г. ответил отказом33 .

Своей огульной критикой бывших социал-демократов, отождествлением рядовых рабочих социал-демократов и их правых вождей "левые" сектанты нанесли большой вред делу установления единства пролетариата. Коммунистическая партия Латвии, не преодолев до конца тенденций сектантства в своих рядах, после фашистского переворота допустила серьезные ошибки в проведении в жизнь тактики единого фронта. Вместо лозунга единого фронта ЦК КПЛ выдвинул в июле - августе 1934 г. на первый план все же борьбу за вовлечение социал-демократических рабочих в КПЛ.

Большую помощь коммунистам Латвии в укреплении их рядов оказал состоявшийся в начале сентября 1934 г. пленум Исполкома Коминтерна, на котором были проанализированы сектантские ошибки КПЛ и указан ряд конкретных мер к их исправлению. Сектантские ошибки в деятельности отдельных организаций Коммунистической партии Латвии, в частности рижской, подверглись также суровой критике на пленуме ЦК КПЛ в сентябре 1934 года34 .

Однако, несмотря на ряд последующих решений ЦК КПЛ35 , борьба против "левых" сектантов внутри партии в 1934 - 1935 гг. не была доведена до конца. Центральный Комитет Коммунистической партии Латвии, критикуя сектантские ошибки ряда организаций, медлил с критикой собственных заблуждений и допустил ряд новых ошибок36 , что привело к возникновению в 1936 г. организационного кризиса в КПЛ, когда в партии вновь оживились оппортунистические элементы. Используя сектантские ошибки, а также то, что в результате провалов и арестов многих руководящих работников отдельные местные организации потеряли связь с ЦК КПЛ, провокаторы, засланные охранкой в партию, стремились дезорганизовать ее работу и сорвать единый фронт пролетариата.

Основной причиной организационного кризиса в КПЛ являлись ошибки, допущенные местными организациями и руководством партии при проведении тактики единого фронта, а также нарушение ими правил конспирации. "Циня" в середине 1936 г. писала: "Ни для кого не тайна, что наша партия сейчас переживает очень тяжелое положение... Некоторые местные организации распались, некоторые потеряли связь с центром... Вместе с тем недостаточная бдительность партийных организаций и самого руководства партии при приеме новых членов и выдвижении кадров привела к тому, что организации сильно засорены сомнительными, даже провокаторскими элементами. Фашисты всеми силами хотят использовать тяжелое положение нашей партии, чтобы внести развал и дезорганизацию в ряды партии и скомпрометировать ее в глазах трудящихся"37 .

Учитывая тяжелую обстановку, сложившуюся в КПЛ, Коминтерн принял решение о реорганизации партии и чистке ее рядов. В 1936 г. после роспуска ЦК КПЛ был создан временный секретариат (Я. Калнберзин, Фр. Деглав, Я. Круминь-Пилат) с целью проведения чистки партии и созыва съезда или конференции для выборов нового Центрального Комитета. Этот секретариат, действовавший с октября 1936 г. до февраля 1939 г.,


33 Там же, д. 871, л. 167.

34 Там же, д. 802, лл. 3 - 4.

35 См. решение ЦК КПЛ в августе 1935 г. о тактике единого фронта (там же, д. 871, лл. 57 - 61), а также последующее решение о важнейших задачах партии в борьбе за единый рабочий фронт (там же, д. 865, лл. 108 - 111).

36 См. решение Интернациональной контрольной комиссии Коминтерна "Об ошибках руководства КП Латвии" ("Коммунистический Интернационал", 1936, N 17, стр. 119).

37 "Cina" NN 12 - 13, июль - август 1936 года.

стр. 70

повел упорную борьбу за укрепление партии, перестройку ее организационной работы, улучшение конспирации и разоблачение проникших в партию провокаторов. Большую работу провели в эти годы Я. Калнберзин, Фр. Деглав, Ж. Спуре, О. Аугусте, К. Гайлис и другие руководящие работники партии. В рядах КПЛ было немало испытанных коммунистов с богатым опытом подпольной работы, пролетариат Латвии и его партия имели славные традиции революционной борьбы, и уже в начале 1937 г. КПЛ преодолела организационный кризис и вышла из него еще более крепкой и боеспособной.

Преодолевая серьезные внутрипартийные трудности, получая неизменную помощь Коминтерна и братских партий, КПЛ упорно добивалась укрепления единого антифашистского народного фронта.

Во второй половине 30-х годов и вплоть до свержения фашистской диктатуры КПЛ и СРКПЛ, а также КСМЛ и ССМЛ38 продолжали существовать как самостоятельные организации, каждая со своим Центральным, областными и районными комитетами, сетью низовых организаций и своей печатью. Для совместной антифашистской борьбы всюду, где имелись организации КПЛ и СРКПЛ, КСМЛ и ССМЛ - на предприятиях, в учреждениях, школах, в селах и в местах общественных работ, - создавались комитеты единства из представителей этих организаций. Для согласования деятельности таких комитетов и руководства ими были образованы областные, районные и Центральный комитеты единства. В ЦК единства входили: от КПЛ - Фр. Деглав, от СРКПЛ - А. Бокмелдер и от СТМЛ - А. Мезис. Местные комитеты, действуя под различными названиями (комитет единства, фабричный комитет, профоппозиция, профгруппа, комитет единства борьбы школьников, студенческая фракция и т. п.), по существу, являлись комитетами единства, созданными "а основе договора о едином фронте, и проводили свою работу под политическим и идейным руководством КПЛ.

Вовлекая трудящихся в борьбу за осуществление требований единого пролетарского фронта, Коммунистическая партия не забывала главной цели - свержения политического и экономического господства буржуазии и установления диктатуры пролетариата. Вместе с тем она всеми силами стремилась усилить борьбу народных масс за удовлетворение их экономических требований, основным из которых было повышение заработной платы. Противоречия между интересами фашизма и неотложными нуждами трудящихся неминуемо вели к росту политического сознания рабочих и крестьян, приводили их к выводу, что без свержения фашистской диктатуры пролетариат и труженики деревни не смогут добиться удовлетворения своих чаяний.

Осуществляя тактику единого фронта, КПЛ уже к 1937 - 1938 гг. добилась серьезных успехов в завоевании большинства рабочего класса. Несмотря на фашистский террор, к этому времени значительно возросло число забастовок в Латвии. Рижская городская организация КПЛ в 1937 - 1938 гг. руководила массовыми забастовками портовых рабочих, деревообделочников и стекольщиков, а также отдельными забастовками в текстильной промышленности и других отраслях производства.

В 1937 - 1938 гг. забастовки рабочих прошли в Лиепае, Вентспилсе, Елгаве и Даугавпилсе. В июле 1937 г. забастовали 200 транспортных рабочих Лиепайского порта, а в августе - 350 рабочих Лиепайской проволочной фабрики, требовавших увеличения заработной платы. Обе забастовки окончились победой рабочих. В сентябре 1937 г. забастовали строительные рабочие, занятые на ремонте шоссе Рига - Бауска, и рабочие одной из лесопилок Вентспилса. В январе 1938 г. в связи с предстоящим введением новых расценок вспыхнула на стекольной фабрике Бирзуля в Риге забастовка стеклодувов, к которым присоединились остальные рабо-


38 В 1936 г. в результате объединения КСМЛ и ССМЛ была создана единая молодежная организация - Союз трудовой молодежи Латвии (СТМЛ).

стр. 71

чие фабрики. В 1938 г. бастовали также грузчики Лиепайского торгового порта, рабочие Елгавского сахарного завода, столяры Даугавпилса39 . Все эти выступления были результатом упрочения единого фронта пролетариата Латвии и деятельности комитетов единства, созданных в 1935 - 1936 годах.

Медленнее проходило создание единого антифашистского народного фронта в латвийской деревне. Это объясняется тем, что в ряде сельских организаций КПЛ дольше сохранялись сектантские тенденции, к тому же эти организации были слабее городских. Они испытывали значительные трудности в работе из-за наличия разветвленной сети фашистских организаций айзсаргов, ведших борьбу с революционным движением в деревне. Нелегальная СРКПЛ не имела своих организаций на селе, и вся тяжесть борьбы за привлечение трудящихся крестьян на сторону революционного рабочего класса легла на плечи коммунистов и комсомольцев, которые добились немалых успехов. В декабре 1934 г. органы фашистской охранки отмечали в своем сообщении, что "деятельность коммунистов с известной активностью проходит в Лиелвардской, Бирзгалской, Скриверской, Кокнесской и Вискалеской волостях. В этих волостях живут отдельные члены коммунистических ячеек, которые распространяют коммунистическую литературу и проводят отдельные собрания. В эти ячейки вступают бывшие члены социал-демократической молодежной организации. Социал-демократическая партия никакой активности не проявляет, за исключением левонастроенных, которые вступают в коммунистические организации, где и теперь состоят"40 .

В марте 1936 г. охранка вновь констатировала, что члены Даугавской областной организации КПЛ41 по-прежнему особенно активно действуют в Лиелварде - Бирзгале и в Крапе-Вискали, откуда связи идут по всей округе. "Коммунисты этой сельской организации поддерживали весьма тесные связи с коммунистами Риги, откуда получали значительное количество литературы"42. Энергично действовали также коммунисты и комсомольцы Латгалии, особенно в Даугавпилсе, Резекне и их окрестностях. КПЛ вела работу и среди солдат латвийской армии, в частности в 5-м Земгальском артиллерийском полку, где в 1935 г. усилилась деятельность подпольной коммунистической организации43 .

Из органов коммунистической печати широко распространялись "Циня" ("Борьба"), "Яунайс комунарс" ("Молодой коммунар"), "Виенота фронте" ("Единый фронт"), "Вперед", "Саркана палидзиба" ("Красная помощь"), "Сарканайс карейвис" ("Красный воин"), "Пропагандисте" ("Пропагандист") и другие.

Огромное значение имели агитация и пропаганда, проводившиеся членами КПЛ и КСМЛ, внутри фашистских профсоюзов. Нелегальный профсоюзный центр, образованный по инициативе Коммунистической партии Латвии, создал ряд подпольных групп в фашистских профсоюзах для организации борьбы рабочих против наступления капитала и фашистской реакции. В подпольной типографии "Ародниекс" ("Профсоюзник") печатались журналы и газеты, издаваемые революционными организациями профоппозиции. Уже в 1935 г. охранка была вынуждена признать, что в профсоюзе рабочих деревообрабатывающей промышленности и ряде других широко велась коммунистическая пропаганда44 . В 1936 г. охранка сообщала, что на многих предприятиях "рабочие вызывающе ведут себя по


39 A. Drizulis. Cina par brifibu. Riga. 1956, lpp. 157 - 158.

40 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 530, л. 11.

41 В Латвии были созданы областные организации КПЛ: Рижская (центр Рига), Леяскурземская (Лиепая), Вентспилсская (Вентспилс), Земгальская (Елгава), Даугавская (Екабпилс), Видиенская (Валмиера) и Латгальская (Даугавпилс).

42 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 530, л. 12.

43 Там же, л. 13.

44 Там же, д. 712, л. 126.

стр. 72

отношению к профсоюзным вожакам и ругают Ульманиса"45 , возмущаются тем, что "у них отняли все политические права, в том числе право стачечной борьбы"46 . В другом отчете говорилось о том, что "среди трамвайщиков - 80 процентов левых", "рабочие заявляют, что хваленое "единство" народа объясняется военным положением47 . Если этот покров снять с головы народа, тогда откроется, что от единства ничего не осталось"48 .

Коммунистическая подпольная печать в годы фашистской диктатуры получила распространение не только в крупных городах Латвии, но и во многих уездных и волостных центрах, В своих обзорах охранка с тревогой отмечала увеличение количества подпольных коммунистических изданий. По ее данным, только в 1934 г. после фашистского переворота было зарегистрировано 425 случаев появления коммунистической литературы, найдено 5225 экземпляров газет и журналов, 460 названий листовок. В конце 1934 г. многим трудящимся были известны прокламации: "Да здравствует Советская Латвия!", "Да здравствует Красный Октябрь во всем мире!", "Долой кровавое правительство Ульманиса!", "Против фашизма, за Советскую Латвию!", "За свободу организаций, собраний и печати!", "Трудящиеся!" и другие49 .

Часто листовки и прокламации распространялись непосредственно на рижских предприятиях. Так, листовки КПЛ и КСМЛ были разбросаны на чулочной фабрике "Старс", в прядильном цехе текстильной фабрики "Курземес мануфактура", на лесопилке "Титан", шляпной фабрике, текстильной фабрике "Ригас вилнас мануфактура", заводе "Фельдхун", фабрике "Лента", лесопилках Эмолип и Брилль на Затюсала, лесопилке Гредзена в Булдури, в экспортной гавани, на строительстве баптистской церкви, на железнодорожной станции Засулаукс, на стекольной фабрике, предприятиях "Юглас мануфактура", "Латвэлло", "ВЭФ", "Феникс" ("Вайрогс") и "Юглас аду фабрика", вагонных мастерских станции Шкиротава, на строительстве гостиницы в Кемери, фабрике "Эска", среди моряков судна "Эверонна", на суперфосфатной фабрике в Яунмилгрависе, среди рабочих элеватора и на многих других предприятиях.

Активное участие в распространении листовок принимали нелегальные группы профоппозиции, куда наряду с членами левых профсоюзов входили также члены бывших социал-демократических профсоюзов, включившиеся в движение единого фронта. Ряд листовок был обращен к рабочим отдельных предприятий. Среди железнодорожников распространялся журнал революционной профоппозиции "Сарканайс дзелзцелниекс" ("Красный железнодорожник") и листовка "Товарищи железнодорожники!", среди рабочих суперфосфатной фабрики - листовка "Рабочие суперфосфатной фабрики в Милгрависе!"50 и т. д. Листовки на конкретных примерах из жизни данных предприятий разоблачали фашистскую демагогию, призывали рабочих включаться в борьбу за политические права, повышение заработной платы и улучшение условий труда.

В 1935 г. был организован ряд периодических изданий профоппозиции и заводских комитетов единства. В декабре 1935 г. вышел тиражом 400 экземпляров первый номер журнала железнодорожников "Циняс сигнале" ("Сигнал борьбы")51 . В передовой статье указывалось, что этот журнал ставит своей целью защищать повседневные требования железнодорожников и их интересы. "Циняс сигнале" - боевое оружие всех железнодорожников, без различия политических взглядов в борьбе за улучше-


45 Там же, лл. 134, 138, 139.

46 Там же, л. 184.

47 После фашистского переворота в стране было введено военное положение сроком на 6 месяцев, но фактически действовавшее в течение 4 лет.

48 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 712, л. 184.

49 Там же, д. 622, лл. 34 - 172.

50 Там же.

51 В 1936 г. журнал выходил под названием "Dzelzcelnicku cinas signals" ("Сигнал борьбы железнодорожника").

стр. 73

ние своего положения"52 . Антифашистский комитет единства завода "ВЭФ" издавал свой орган "Вефистс" тиражом в 300 экземпляров. Профорганизация шоферов выпускала "Шоферис оппозиционарс" ("Шофер-оппозиционер"). В октябре 1935 г. вышел первый помер "Виенотайс ародниекс" ("Единый профсоюзник"), орган центра антифашистского профсоюзного движения. Можно было бы назвать еще ряд других нелегальных профсоюзных периодических изданий53 .

Организованное по инициативе КПЛ объединение революционных писателей, художников и журналистов Латвии также имело свои нелегальные журналы: "Фронт" (500 экземпляров на латышском языке)54 , "Писатель на посту" (200 - 250 экземпляров на русском языке)55 и другие.

Для выпуска всей этой литературы были созданы нелегальные типографии в Риге56 , Лиепае, Даугавпилсе и других местах. В октябре 1934 г. охранка разгромила центральную типографию КПЛ, в которой печатались "Циня" и другие издания, но партия сумела вновь организовать выпуск коммунистических изданий. С 8 по 22 октября 1934 г. охранка произвела массовые аресты коммунистов. По делу нелегальной типографии КПЛ "Спартак" были арестованы В. Вейнберг, Г. Лейбович, Г. Каллерт, В. Каллерт, Р. Бауманис, А. Вейнберг, М. Ламберт, Э. Ламберт, О. Рупайс, А. Мелнбардис и Э. Рупайс57 .

Однако, несмотря на преследования, "Циня" продолжала нелегально выходить в течение всех шести лет фашистской диктатуры. В 1934 г. вышло 14 номеров "Цини", в 1935 - 11 номеров, в 1936 - 14 номеров, в 1937 - 8 номеров, в 1938 - 7 номеров, в 1939 - 10 номеров и в 1940 (январь - июнь) - 7 номеров58 . В июле 1936 г. по заданию руководства Коммунистической партии члены Рижского комитета КПЛ К. Гайлис и Ж. Тимерманис организовали новую центральную типографию КПЛ "Спартак". Работу по выпуску коммунистических изданий, в том числе "Цини", возглавлял Я. Калнберзин.

В июле 1939 г. с помощью провокатора охранке удалось арестовать часть членов ЦК КПЛ и разгромить типографию, где в течение трех лет печаталась "Циня". Но после недолгого перерыва издание этой газеты было возобновлено в новой нелегальной типографии, организованной Г. Крупниковым.

В тяжелых условиях фашистского террористического режима Коммунистическая партия Латвии воспитала из числа лучших представителей пролетариата кадры партийных работников, развернувших активную организаторскую и пропагандистскую деятельность среди масс на различных предприятиях. Так, по заданию партии революционную пропаганду среди железнодорожников вел машинист паровоза коммунист Л. Кажемак. Я. Густсонс, член районного комитета КПЛ, проводил агитацию в Риге среди моряков торгового флота. Вместе с ним работал матрос Антон Чепис (партийная кличка Ежов); он ввозил из-за границы коммунистическую литературу и распространял ее среди моряков59 . Коммунист К. Шиц, рабочий обувной промышленности, руководил деятельностью антифашистских комитетов отдельных обувных предприятий. Ак-


52 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 618/1, л. 9.

53 Там же, лл. 32, 41, 213, 313; д. 715, л. 3.

54 Там же, д. 618/1, л. 93.

55 Там же, л. 1.

56 Только в Риге в условиях фашистского террора и репрессий в 1934 - 1939 гг. действовало несколько типографий КПЛ: типография на ул. Баускас, 94 (март - октябрь 1934 г.), типография на ул. Лачу, 9 (шапирограф) (1934 - 1937 гг.), типография на ул. Индрану, 8 (июль 1936-июль 1939 г.), типография на ул. А. Барбюса, 18 (ротатор); типография на ул. Нурмуйжас, 2.

57 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 605, лл. 89, 91.

58 "Cinas 50 gadi". Riga. 1954, lpp. 227 - 228.

59 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 618/1, лл. 200, 299.

стр. 74

тивным пропагандистом среди мясников был К. Фейзак, организовавший коммунистическую ячейку. Я. Круминьш действовал среди рабочих суперфосфатного завода, экспортной гавани и лесопилок "Латвияс кокс". А. Озолиньш (партийная кличка Озол) распространял коммунистическую литературу, выступал с докладами на нелегальных собраниях рабочих Милгрависа60 .

В условиях фашистского террора, когда забастовки были объявлены государственным преступлением, они, естественно, не являлись основной и единственной формой рабочего движения. Коммунисты Латвии умело применяли различные, в том числе и легальные, формы борьбы.

Одной из распространенных форм борьбы рабочего класса и всех грудящихся Латвии была посылка делегаций к представителям фашистских органов власти и руководителям фашистских профсоюзов с петициями о своевременной выплате заработной платы, протестами против увольнения рабочих без предварительного уведомления, снижения заработной платы отдельными предпринимателями, нарушений правлениями профсоюзов правил выборов должностных лиц и другими требованиями. В то же время КПЛ разъясняла массам, что одними обращениями и ходатайствами трудящиеся не добьются улучшения своего положения, что для этого необходима активная стачечная борьба, и призывала рабочих быть готовыми в случае отклонения их требований начать забастовку.

Борясь за восстановление рабочих профсоюзов и развитие оппозиции внутри фашистских профсоюзов, КПЛ выдвинула лозунг "Долой фашистов из правления профсоюзов!", причем для осуществления этого лозунга был использован устав фашистских профсоюзов, который позволял организовать борьбу за выборные правления61 . Благодаря такой тактике уже в 1936 г. удалось во время выборов правлений профсоюзов ввести в их состав революционно настроенных рабочих. Несмотря на то, что в 1936 - 1937 гг. органы власти разогнали правления многих профсоюзов, в новые правления были опять выбраны антифашисты. Особенно сильным было влияние КПЛ в профсоюзах транспортных рабочих, деревообделочной, химической, текстильной и металлообрабатывающей промышленности62 .

Коммунисты Латвии использовали для массовых политических кампаний даже фашистские праздники; они призывали трудящихся бойкотировать их проведение. 18 ноября 1934 г., в годовщину провозглашения буржуазной Латвии, в центре Риги были разбросаны коммунистические воззвания, призывавшие к борьбе за Советскую Латвию63 . В день первой годовщины фашистского переворота (15 мая 1935 г.) Коммунистическая партия организовала кампанию протеста против фашистской диктатуры. Рижский комитет КПЛ выпустил тиражом в 10 тыс. экземпляров специальную листовку. "Рабочие! Все, как один, не участвуйте и бойкотируйте фашистский праздник!"64 - говорилось в ней. Во время манифестации разбрасывались коммунистические прокламации, на стенах многих домов Риги появились плакаты с надписью: "Долой фашистское правительство Ульманиса!"65 . 15 мая 1936 г. в Даугавпилсе и его окрестностях


60 Там же, д. 865, лл. 93 - 95, 97, 98, 100; д. 871, л. 191.

61 Согласно уставу (§ 18), высшим органом профсоюзов являлось ежегодное полное собрание его членов. Правление профсоюза, состоявшее из пяти человек, должно было по уставу (§ 23) избираться сроком на один год собранием членов профсоюза путем тайного голосования. КПЛ и руководимый ею центр антифашистского профдвижения призывали членов фашистских профсоюзов, которые в подавляющем большинстве своем не являлись фашистами, "неустанно использовать эти условия устава и выбирать в правления своих намеченных рабочих" (там же, д. 871. л. 32; д. 747, л. 62).

62 См. там же, д. 747, лл. 62 - 63.

63 Там же, 1934 г., оп. 5, д. 531, л. 69.

64 Там же, л. 116.

65 Там же, лл. 117, 128 - 130, 139.

стр. 75

широкое распространение получила антифашистская листовка Даугавпилсского комитета КПЛ "Два года существования фашистской Латвии".

Бойкотирование фашистских праздников, организуемое коммунистами, имело большое значение для революционизирования трудящихся и воспитания их в духе ненависти к фашизму. Результаты этой работы, проделанной КПЛ вместе с другими организациями единого фронта, сказались уже в 1936 году. 11 апреля 1936 г. фашистскими органами власти в связи с тем, что Ульманис занял пост президента, была организована так называемая "рабочая манифестация". Эта инсценировка должна была, по замыслам ее организаторов, символизировать поддержку, якобы оказываемую рабочим классом правящей фашистской клике. КПЛ обратилась с призывом к рабочим бойкотировать манифестацию. Этот призыв был поддержан пролетариатом Риги. Несмотря на то, что администрация предприятий и органы власти принуждали в обязательном порядке к манифестации, многие из рабочих отказались принять в ней участие.

В одном из цехов "ВЭФ" из 120 рабочих записалось для участия в манифестации лишь 15, на фабрике шелковых чулок "Космос" из 200" рабочих - 20 человек, на шерстяной фабрике "Бостон" из 250 - только 7 человек. На текстильных фабриках "Делька" и "Сын С. Шварца" объявление о манифестации провисело два дня, но ни один из рабочих не записался. Массовый отказ от демонстрации имел место на предприятиях "Металлпродуктс", "Металлурге", "Шуберт ун Рудзитс", "Латвелло", "Балтияс рупниекс", судоремонтном заводе Эд. Цеппа, заводе строительной арматуры "Крамер и сыновья" и других66 . Лишь с помощью угрозы увольнения фашистским властям удалось добиться участия части рабочих в манифестации. Однако не обошлось без инцидентов: когда манифестанты поравнялись с президентским дворцом, из их рядов раздался дружный свист67 .

В годовых отчетах охранки регулярно отмечалось, что с каждым годом проведение фашистских праздников наталкивается на все большие трудности, на растущий протест масс. "Речи Ульманиса слушали на улице только одиночки, прочие не останавливались у громкоговорителей", "Публики на улице было меньше, чем в прошлые годы" и т. п.68 - такие фразы пестрят в обзорах охранки, свидетельствуя о том, что народные массы начали освобождаться от дурмана социальной демагогии фашизма.

В то же время КПЛ и руководимые ею антифашистские партии и организации, несмотря на свирепый террор, в дни международных праздников трудящихся - 1 Мая и 7 ноября - по всей стране проводили нелегальные собрания, летучие митинги, распространяли листовки и воззвания. Рабочие Латвии, которые принимали непосредственное участие в Великой Октябрьской социалистической революции и защищали ее завоевания на фронтах гражданской войны, вписав в историю Великого Октября немало героических страниц, ежегодно отмечали день 7 ноября как свой пролетарский праздник.

Коммунистическая партия вела энергичную борьбу против массового террора фашистов, пытавшихся парализовать революционное рабочее и антифашистское движение в стране. В своей периодической печати, воззваниях и листовках она разоблачала зверства фашистов в тюрьмах и концентрационных лагерях. Особенно широкая кампания протеста против репрессий и террора была организована КПЛ в связи с осуждением на смерть в январе 1935 г. активных участников антифашистского движения - коммунистов Муриня, Бондаренко, Ворслава. По всей Латвии проходили тогда летучие митинги, распространялись воззвания и листовки


66 Там же, 1935 - 1940 гг., оп. 1, д. 712, л. 272.

67 Там же, оп. 5, д. 531, л. 167, 208.

68 Там же, д. 532, лл. 39, 40, 43.

стр. 76

КПЛ, КСМЛ, СРКПЛ, ССМЛ, Красной помощи (Латвийской организации МОПР), фабричных и заводских комитетов единства, Объединения революционных писателей, художников и журналистов Латвии и других антифашистских организаций. В связи с осуждением Муриня, Бондаренко и Ворслава ЦК и Рижский комитет Красной помощи Латвии выпустили специальное воззвание, а также газету, посвященную кампании протеста, дали информацию о фашистском терроре в Латвии в международную печать, отправили открытые письма всем иностранным послам и консулам в стране. Центральное правление Объединения революционных писателей, художников и журналистов Латвии направило письмо Анри Барбюсу и международной "Лиге прав человека", издало ряд воззваний69 . КПЛ призывала всех трудящихся посылать письма протеста фашистским властям, организовывать в учреждениях, на фабриках, заводах, в профсоюзах обсуждение вопроса о положении политзаключенных.

Массовое движение протеста против фашистского террора, организованное КПЛ, спасло жизнь Муриню, Бондаренко и Ворславу. Правительство было вынуждено отступить и в феврале 1935 г. отменило смертный приговор70 . Это была крупная победа латышского пролетариата.

Коммунистическая партия Латвии воспитывала рабочий класс в духе пролетарского интернационализма, солидарности с рабочими других стран. Под руководством КПЛ в Латвии были организованы политическая кампания за освобождение Тельмана, отправка добровольцев в Испанию для участия в войне против фашизма, сбор денежных средств в помощь испанскому народу. В рядах бойцов интернациональных бригад республиканской Испании насчитывалось около ста активных участников антифашистского движения Латвии. В их числе были Я. Беникис, командир батальона имени Коларова, писатель Ж. Грива (Фолманис), Ж. Упеслея, Фр. Пуце, Р. Лацис, Я. Палкавниекс, Я. Аболс, Г. Брозиньш, Я. Цинис, А. Спаланс, К. Розенберг и многие другие. Латышская подпольная коммунистическая печать публиковала письма латвийских добровольцев из республиканской армии Испании, рассказывала о героизме и самоотверженности испанских республиканцев.

Многообразие форм борьбы, использовавшихся единым фронтом, было подчинено главной цели - свержению фашистской диктатуры и восстановлению Советской власти в стране. В своей деятельности по организации и руководству единым фронтом пролетариата КПЛ пришлось преодолеть немало трудностей, бороться как против охранки и других органов фашистской власти, стремившихся подавить и уничтожить рабочее и коммунистическое движение в Латвии, так и против оппортунистических уклонов в собственных рядах и особенно против злейших врагов рабочего класса - троцкистов, пытавшихся сорвать создание единого рабочего фронта.

В тяжелых условиях подполья Коммунистическая партия Латвии сплачивала пролетариев, завоевывала большинство трудящихся и на основе единого фронта рабочего класса создавала широкий антифашистский народный фронт.

Впервые КПЛ сформулировала задачи народного фронта в 1936 г. в воззвании "Объединимся в борьбе против фашистского варварства!". В том же году СРКПЛ опубликовала свою платформу "Единый революционный фронт против фашизма в Латвии". Программные документы обеих партий о необходимости создания антифашистского народного фронта и его задачах были обсуждены на совместном совещании секретариата КПЛ с представителями ЦК СРКПЛ71 . Совещание констатировало, что


69 Там же, оп. 1, д. 555, л. 799.

70 Там же, д. 871, л. 197.

71 "Cina" N 1, 1937 года.

стр. 77

обе партии решили совместно создать антифашистский народный фронт для объединения масс трудящихся в борьбе за свержение режима Ульманиса.

"Циня" в 1937 г. писала: "Единый фронт пролетариата уже стал могучей притягательной силой для всех слоев трудящихся, пробудившихся к борьбе против фашистской диктатуры"72 .

Исходя из успехов единого пролетарского фронта, учитывая боевую готовность рабочего класса и подъем стачечного движения в 1937 г., Коммунистическая партия Латвии выдвинула в 1938 г. в качестве первоочередной задачи создание антифашистского народного фронта как решающей силы уничтожения фашистской диктатуры.

Основные требования трудящихся, в том числе и трудового крестьянства, были сформулированы в платформе антифашистского народного фронта. Проект декларации и платформы был разработан представителями КПЛ и СРКПЛ в 1938 г., а затем обсужден и принят на конференции СРКПЛ в ноябре 1938 г. и на XXVI конференции КПЛ в феврале 1939 года. В своих решениях эта конференция отметила: "...Платформа может стать основой для сплочения всех демократических сил Латвии в борьбе против фашизма, объединив их в мощном народном фронте"73 . Ядром фронта стали три нелегальные организации: Коммунистическая партия, Социалистическая рабоче-крестьянская партия и Союз трудовой молодежи Латвии (СТМЛ). В секретном докладе руководства охранки фашистскому правительству о развитии революционного движения в стране (1939 г.) указывалось: "Наиболее важная из всех указанных74 тайных политических организаций - КПЛ, которая является руководящей политической организацией, и она дает указания и вырабатывает политическую линию других организаций, как СТМЛ и особенно КП"75 (Красная помощь. - А. Д. ).

Сплотив антифашистские силы народа, Коммунистическая партия Латвии выступила с требованием создания революционного правительства народного фронта. Эту задачу поставила XXVI конференция КПЛ76 , имевшая важное значение в истории Коммунистической партии и революционного движения в Латвии. Она указала задачи коммунистов в дальнейшей борьбе против фашизма. На конференции был избран новый Центральный Комитет КПЛ, в который вошли О. Аугусте, К. Гайлис, Я. Калнберзин, А. Нуржа, Я. Салнис, Ж. Спуре, А. Яблонский77 .

Решения XXVI конференции КПЛ легли в основу платформы всех партий и групп, входивших в народный фронт и ставивших своей целью свержение фашистской диктатуры в Латвии, завоевание демократических свобод и образование революционного правительства народного фронта78 . Платформа фронта определила основные политические и экономические задачи страны после свержения фашизма. В числе этих задач были: создание народной армии и народной милиции для охраны демократического строя и защиты страны вместе с Советской Армией в случае нападения агрессоров, демократизация государственного, административного, судебного и школьного аппаратов, созыв народного пред-


72 Там же.

73 "Cina" N 3, 1939 года.

74 В докладе шла речь о деятельности организаций, объединенных в антифашистский народный фронт: КПЛ, СРКПЛ, СТМЛ и Красной помощи.

75 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 632/8, лл. 14 - 15.

76 Конференция состоялась нелегально в Риге, на ул. Марине (ныне ул. Суворова), дом N 79.

77 В состав ЦК КПЛ проник также подлый провокатор П. Курлис, выдавший охранке многих виднейших работников КПЛ и КСМЛ, и в том числе членов вновь избранного ЦК КПЛ, арестованных летом и осенью 1939 года. Подробнее об этом смотри "Par brivi un dzivi". Книга вторая. Riga. 1957. Статья A. Paegle. Nesena pagatne, lpp. 307 - 312.

78 "Cina" N 3, 1939 года.

стр. 78

ставительства - парламента - для установления характера нового государственного строя. Правительство народного фронта должно было обеспечить гражданам Латвии демократические свободы: слова, организаций, собраний, печати, религиозных взглядов и стачек, выпустить из тюрем и лагерей заключенных-антифашистов, а также провести всеобщие, равные, прямые выборы в парламент при тайном голосовании.

В области экономической платформа народного фронта предусматривала повышение заработной платы рабочих и служащих, улучшение положения всех трудящихся, социальное обеспечение в старости и в случае безработицы, введение нормированного рабочего дня для сельскохозяйственных рабочих. Платформа требовала сделать все возможное для полной ликвидации безработицы, ввести 8-часовой рабочий день на всех предприятиях и предоставить трудящимся ежегодный оплачиваемый отпуск сроком от 2 недель до 1 месяца. Предусматривались также наделение землей малоземельных и безземельных крестьян за счет государственных владений и земель, конфискованных у кулаков, тесно связанных с фашистской кликой (в распоряжении кулаков должны были остаться только земельные участки в размере середняцких хозяйств), ликвидация долгов крестьян, помощь им кредитами, уменьшение налогов.

Платформа народного фронта выдвинула также ряд требований в области развития культуры и установления национального равноправия. В ней говорилось об отмене всех ограничений, мешающих детям рабочих, крестьян и ремесленников посещать школу, введении бесплатного обучения в школах и стипендий студентам, демократизации высшей школы и оказании поддержки театрам, клубам и другим учреждениям культуры и искусства. Платформа провозглашала национальное равноправие жителей Латвии, предоставление каждому народу права пользоваться родным языком в школах, театрах, в печати, на собраниях и для религиозных целей79 .

КПЛ подчеркивала, что борьба против фашизма на основе платформы народного фронта не означала восстановления старой, буржуазно-демократической Латвии. "Мы не думаем вернуться к бывшим демократическим порядкам, с их полицейским режимом и гнетом, к демократии, которая вырастила в недрах своих фашистскую диктатуру и способствовала приходу фашистов к власти. Мы зовем на борьбу за истинную, подлинную демократию и свободу"80 , - писала "Циня" в июне 1939 года. Основные положения платформы народного фронта явились впоследствии программой действий созданного 20 июня 1940 г. народного демократического правительства.

Идеи национальной независимости и мира партия неразрывно связывала с антифашистским движением.

XXVI конференция КПЛ отметила, что борьба против внешних захватчиков является одновременно борьбой против фашистской деспотии Ульманиса, за образование правительства народного фронта, единственного правительства, которое захочет и сумеет отстоять самостоятельность и национальную независимость Латвии.

В резолюции о положении партийных организаций и дальнейших задачах КПЛ конференция указала на необходимость всемерного расширения рядов партии, вовлечения в нее рабочих крупных предприятий, сельских рабочих и трудящихся женщин, использования всех легальных и полулегальных возможностей для укрепления связей с массами. Конференция особо подчеркнула, что, отстаивая правильную политическую линию партии, необходимо беспощадно разоблачать как "левых", призывавших к незамедлительному созданию партизанских отрядов и ведению воору-


79 "Cina" N 2, 1940 года.

80 "Cina" N 5, 1939 года.

стр. 79

женной борьбы, так и правых, выступавших против революционной тактики партии и ее лозунгов.

На промышленных предприятиях Риги и других городов Латвии были проведены летучие митинги, на которых коммунисты разъясняли задачи рабочего класса, решения XXVI конференции КПЛ. По всей стране нелегально издавались десятки тысяч листовок и воззваний народного фронта. В 1939 г. они особенно широко распространялись на машиностроительном заводе Цеппа, фанерной фабрике Герлина, фабрике "Мерино", предприятиях "Латвияс берзс", "Латвияс коквилна", "Латфин", "Делька", "Лента", обувной фабрике "Эрглис", швейной фабрике "Джентльмен", суперфосфатной фабрике "Фельдхун", химической фабрике Калныня и многих других81 . Члены антифашистских организаций во главе с коммунистами расклеивали листовки на стенах домов в рабочих районах, бросали в почтовые ящики.

Выдвинутые КПЛ лозунги о поддержке советской политики мира, о прекращении антисоветских провокаций и кампании лжи против СССР, о включении Латвии в систему коллективной безопасности и заключении договора о взаимопомощи с Советским Союзом были с энтузиазмом восприняты народными массами. В донесениях охранки о настроениях рабочих различных предприятий неоднократно отмечалось, что "рабочие в своих разговорах о СССР высказываются доброжелательно"82 , что "на суперфосфатной фабрике Эссена, фарфоровой фабрике и фабрике синьки рабочие между собой обсуждают теперешние события и славят строй СССР"83 .

Под руководством Коммунистической партии рабочий класс Латвии усиливал борьбу против капиталистической эксплуатации. Уже в 1937 г. начались забастовки на транспорте, в деревообрабатывающей, стекольной промышленности и других отраслях производства. Наперекор полицейским репрессиям стачечная борьба продолжалась также в 1938 г., причем характерно, что во всех конфликтах, за небольшим исключением, рабочие одерживали победу. 1939 год в истории антифашистского рабочего движения Латвии ознаменовался мощным подъемом стачечного движения, обусловленным успешной борьбой в предшествующие годы. В январе 1939 г. забастовали рабочие фабрики Хиршзона, протестовавшие против снижения заработной платы на 30%. Несмотря на попытки администрации сорвать стачку с помощью штрейкбрехеров, дружное выступление рабочих в защиту своих прав увенчалось успехом84 . В апреле вспыхнула забастовка на фабрике Гальперина в Даугавпилсе85 . Кратковременными стачками и летучими митингами пролетариат Риги и других городов Латвии отметил день 1 Мая 1939 года.

Весной и летом 1939 г. движение протеста против массовых увольнений и насильственной отправки на работы в деревню и лесозаготовки охватило значительные слои трудящихся. На лесозаготовках и торфоразработках в различных волостях Латвии прошла новая волна забастовок86 . Особенно резкий подъем стачечного движения начался в ноябре 1939 г., когда революционная борьба в стране стала выливаться в открытые массовые выступления. Рабочий класс Латвии под руководством Коммунистической партии готовился к решающим боям против фашизма.

Застрельщиками стачечного движения явились рабочие-обувщики Риги, где забастовкой были охвачены почти все обувные предприятия города. В итальянской забастовке обувщиков участвовало более 90% всех


81 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 523, лл. 17, 18, 20, 26, 28, 29, 36.

82 Там же, л. 50.

83 Там же, л. 20.

84 Там же, 1939 г., оп. 5, д. 785, л. 12; см. также "Cina" N 1, 1939 года.

85 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 747, л. 328.

86 Там же, лл. 330, 380, 381; д. 769, л. 3 и др.

стр. 80

рабочих рижской обувной промышленности87 . Во время этой забастовки были выдвинуты не только экономические, но и политические требования, в том числе свободы стачек, печати, ликвидации контроля фашистских органов власти над профсоюзами и ряд других, входивших в программу народного фронта88 . В ходе забастовки на многих предприятиях создавались нелегальные комитеты единства. Рижский комитет КПЛ, руководивший стачкой обувщиков, писал в своем воззвании "Товарищи обувщики!": "Держите высоко поднятое знамя стачки. Наше единство нам облегчит успех"89 . Несмотря на аресты и репрессии, бастующие рабочие держались стойко и, как правило, добивались увеличения заработной платы на 15 - 20%.

Вслед за рижскими обувщиками, следуя призыву КПЛ, начали забастовку рабочие текстильных предприятий, требовавшие повышения заработной платы в связи с ростом дороговизны. Стачка текстильщиков, охватившая почти все текстильные предприятия Риги, в подавляющем ряде случаев также закончилась победой рабочих90 .

Затем вспыхнула забастовка рабочих стекольной промышленности, фанерных фабрик и ряда других предприятий. Всего в 1939 г. состоялось 316 забастовок91 , причем они носили упорный характер, во многих случаях сопровождались столкновениями с полицией. Стачечная борьба этого периода развертывалась под лозунгами антифашистского народного фронта. Характерной особенностью стачек 1939 г., а также начала 1940 г. было то, что в отличие от прежних лет рабочие выдвигали не только экономические, но и политические требования.

В процессе создания антифашистского народного фронта рабочий класс Латвии под руководством Коммунистической партии расширял свое влияние на крестьян, втягивая их в борьбу с фашистской кликой. Трудящиеся крестьяне живо интересовались событиями в Советском Союзе, видя в нем своего друга и защитника. Коммунистическая печать находила все более широкое распространение среди трудящихся не только города, но и деревни. Значительно увеличился тираж "Цини" и других периодических изданий КПЛ. Если в начале 1939 г. "Циня" выпускалась в количестве 3 тыс. экземпляров, то уже с ноября 1939 г. ее тираж вырос до 5 тысяч92 . Популярностью у сельской бедноты пользовались также коммунистические газеты "Латгальская правда" и "Тайснейба"93 .

Нелегальная печать КПЛ уделяла много внимания освещению положения сельскохозяйственного пролетариата и трудового крестьянства, разоблачала аграрную политику фашизма. На страницах "Цини" систематически публиковались корреспонденции о положении в деревне94 . Эта газета обратилась с призывом к рабочим, насильно отправляемым фашистским правительством на работу в деревню, разъяснять трудящимся-крестьянам, что "без борьбы нельзя свергнуть фашизм, без борьбы нель-


87 Там же, оп. 5, д. 765, л. 254.

88 "Cina" N 3, 1940 года.

89 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, 1939 г., оп. 5, д. 785. л. 254.

90 "Cina" N 3, 1940 года.

91 J. Kalnberzins. Padomju Latvijas desmit gadi. Riga. 1950, lp. 57.

92 См. "Cina" NN 1, 9, 1939 года.

93 Латгальский обком КПЛ после создания в конце сентября - начале октября 1938 г. нелегальной типографии в Даугавпилсе организовал издание ряда периодических органов и листовок. В декабре 1938 г. вышел первый номер "Латгальской правды" (на русском языке) как издание единого фронта, а в ноябре 1939 г. - первый номер "Taisneiba" ("Тайснейба" - на латгальском наречии). Издание газеты "Тайснейба" было организовано коммунистами Абрене-Карсавского района, наиболее крупной партийной организацией Латгалии, в сельской местности, недалеко от города Карсавы. "Латгальская правда" выходила вначале тиражом 1000 экз., а "Тайснейба" - 300 экземпляров. Из Даугавпилса печатная продукция подпольной типографии, в том числе вышеуказанные газеты, распространялась по всей Латгалии (см. ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, 1936 - 1940 гг., оп. 1, д. 715, лл. 85, 105, 132, 157).

94 "Cina" NN 1 - 5, 1939 года; N 2, 1940 года и др.

стр. 81

зя завоевать себе права и свободу, защитить Латвию от внешнего врага и баронов". Она призывала рабочих, крестьян, ремесленников, служащих, интеллигенцию, солдат, всех, кому дорога независимость Латвии, сплачиваться под знаменем народного фронта против фашизма, против угрозы гитлеровской агрессии. "Циня" писала: "...Чтобы борьба трудящихся деревни была успешной, надо организоваться в комитетах и группах единства народного фронта"95 .

Готовясь к решающим битвам против, фашистской диктатуры, Коммунистическая партия устанавливала тесные связи прежде всего с сельской беднотой, которая особенно страдала от фашистского гнета и являлась самой активной частью трудового крестьянства. Среди нее велась большая разъяснительная работа, распространялась подпольная печать. Надо, однако, сказать, что в условиях фашистской террористической диктатуры революционизирование трудящихся масс деревни шло медленнее, чем нарастание революционного движения рабочего класса. В течение первых лет господства клики Ульманиса недовольство трудящихся крестьян политикой фашизма не принимало еще открытых форм борьбы, но оно усиливалось с каждым годом и должно было при благоприятных условиях вылиться в открытое выступление против фашизма.

Перелом в настроении трудового крестьянства, и в первую очередь деревенской бедноты, наметился в конце 1939 г., когда усилилось мощное антифашистское движение, во главе которого шел пролетариат Латвии, руководимый Коммунистической партией. Вслед за рабочим классом стало открыто высказывать свое недовольство политикой фашистской власти трудящееся крестьянство. Так, в Силенской волости из-за возмущения крестьян произволом местных властей и ростом налогов представители власти были вынуждены закрыть волостное собрание96 . Особенно быстро в 1939 г. шло революционизирование крестьянских масс Латгалии, где преобладали бедняцкие и батрацкие хозяйства. В ряде латгальских уездов и волостей под руководством коммунистов были созданы крестьянские комитеты как органы антифашистского народного фронта. На совещании представителей этих комитетов, созванном в декабре 1939 г. партийной организацией одного из латгальских уездов, отмечался значительный рост политической активности крестьян. Участники совещания говорили в своих выступлениях, что трудящиеся крестьяне проявляли недовольство и возмущение экономической политикой фашистского правительства, систематическим увеличением налогов и повинностей волостных самоуправлений97 .

К 1939 г. по всей Латвии начался заметный подъем антифашистской революционной борьбы, в которую включались широкие слои народа. Нелегальная коммунистическая печать, воззвания КПЛ, СТМЛ и других организаций единого антифашистского фронта находили все больше и больше читателей в стране. В Риге, Лиепае, Вентспилсе, Елгаве, Даугавпилсе, Резекне, Лудзе, Руиене, Валмиере, Талсы, Цесисе и многих других латвийских городах и селах все чаще и чаще появлялись листовки, плакаты, воззвания и периодические издания подпольных организаций98 . По далеко не полным данным, только в 1939 г. организациями народного фронта было издано и распространено 24 названия воззваний и листовок тиражом 1000 - 10000 экземпляров, общее количество которых составило 104 тыс. экземпляров99 . Кроме того, много листовок было выпущено тиражом менее тысячи экземпляров100 . Призывы Коммунистической партии находили отклик среди народных масс. Трудящиеся Латвии все актив-


95 "Cina" N 5, 1939 года.

96 "Латгальская правда" N 12, 1939 года.

97 Там же.

98 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 582, 585, 715, 785 и др.

99 Там же. Подсчитано автором.

100 Там же, д. 715, лл. 109, 115, 128, 131; д. 785, лл. 185, 198, 203, 214, 251, 254, 256, 259.

стр. 82

нее выступали против антинародной, предательской политики клики Ульманиса. Антифашистская борьба в стране носила яркий национально-освободительный характер. Выдвинутые КПЛ лозунги борьбы за мир, национальную независимость, за свержение фашистской клики, готовой предать Латвию Гитлеру, выражали жизненные интересы трудящихся.

Под влиянием революционной борьбы рабочего класса и роста недовольства крестьянства начались выступления против фашистских властей среди солдат, состоявших в большинстве своем из крестьян. В ноябре 1939 г. солдаты Бауского и Даугавпилсского резервных полков потребовали демобилизации, заявив, что "...им не с кем воевать и они не хотят воевать в интересах фашистов"101 .

Революционные настроения масс резко нарастали. Охранка в обзоре политического положения в стране с тревогой отмечала: "...Рабочие многих фабрик в своих разговорах высказываются, что при существующих условиях рабочий класс рано или поздно выйдет, как победитель, на путь революции"102 .

Фашистская клика пыталась с помощью усиленных репрессий, террора и провокаций подавить народный фронт, обезглавить его руководство, расколоть единство рабочего класса. В этих целях были пущены в ход все средства: массовые аресты коммунистов и участников антифашистского движения, расправы с бастующими рабочими, провокации, вербовка "информаторов" на предприятиях. Охранка создала ряд провокаторских групп ("Политическо-экономическая организация", "Комитет бедноты", "Рабочие-коммунисты", "Объединение патриотов" и др.), выпускавших свои "нелегальные" издания и пытавшихся выдать себя за коммунистические организации. Охранники рассчитывали подобным путем дискредитировать в глазах трудящихся деятельность КПЛ и выявить недовольных фашистским режимом. Организаторами этих провокаций были министр Берзиньш, начальник фашистского политуправления Фридрихсон, его помощник Штиглиц, агенты охранки. Однако их расчеты не оправдались. Коммунистическая партия Латвии и ее центральный орган "Циня" разоблачили гнусные замыслы врагов103 .

Одновременно фашистское правительство с каждым днем усиливало репрессии против революционного движения, вводило в действие все новые карательные законы. 24 апреля 1939 г. министр внутренних дел К. Вейтманис104 подписал "Правила о сохранении порядка и общественной безопасности", в соответствии с которыми было резко усилено преследование революционных и прогрессивных элементов. Общее число подвергшихся в 1939 - 1940 гг. преследованиям фашистских органов власти составляло около 3400 человек. Из них в Риге, центре революционного движения Латвии, было репрессировано более 2100 человек105 . Репрессии охватили не только Ригу, но и провинцию. В январе 1939 г. массовые обыски были проведены полицией и охранкой в Лиепае, в апреле - в Резекне, в мае - в Елгаве, в июле - в Гулбене, в декабре - в Даугавпилсе. Новая волна террора в 1940 г., и особенно в апреле - мае этого года, прокатилась по всей территории страны. Массовые аресты и обыски были произведены охранкой и полицией в районах Лиепаи,


101 "Латгальская правда" N 11, 1939 года.

102 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 848, л. 37.

103 "Cina" N 6, 1940 года.

104 К. Вейтманис был назначен министром внутренних дел 18 января 1939 г., а до этого занимал в фашистской Латвии посты директора тюремного департамента, затем директора уголовно-политического департамента. Он ввел еще более тяжелый режим для политических заключенных, усилил репрессии, реорганизовал систему министерства внутренних дел и значительно усилил борьбу с революционным движением в стране.

105 См. ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, 1939 г., оп. 1, д. 684; 1940 г., оп. 1, д. 731. Подсчитано автором.

стр. 83

Даугавпилса, Резекне, Валмиеры, Вентспилса, Гулбене и в других городах Латвии.

Положение Коммунистической партии было тяжелым. Лучшие представители латышского рабочего класса томились в тюрьмах. Аресты вырвали из партийных рядов многих стойких и отважных борцов. Почти все члены ЦК КПЛ, избранного на XXVI партийной конференции, к началу 1940 г. находились в заключении. В июле 1939 г. были арестованы секретарь ЦК КПЛ Я. Калиберзин, а также ряд руководящих работников партии и сотрудников типографии ЦК КПЛ "Спартак". Из-за провала типографии с июля 1939 г. прекратилось издание газеты "Циня". Очередной номер ее (N 6) вышел лишь в октябре 1939 г. на одной странице малого формата.

В январе 1940 г. в Риге, Лиепае, Вентспилсе, Елгаве, Даугавпилсе снова были произведены массовые аресты антифашистов, друзей Советского Союза. Чтение советских газет, слушание радиопередач из СССР уже являлись основанием для ареста.

Но фашистский террор не мог задушить революционного движения. Никакие аресты и репрессии не в состоянии были прекратить деятельность партии. В связи с арестом почти всего состава ЦК КПЛ для руководства работой партийных организаций в 1940 г. был образован Оргкомитет партии. Места выбывших борцов занимали другие представители рабочего класса и трудящегося крестьянства, вступавшие в ряды нелегальной КПЛ. Тесная связь партии с массами давала ей возможность, несмотря на репрессии, численно расти. Один из руководителей рижской организации КПЛ в 1939 г., К. Гайлис, указывает, что в результате пополнения и укрепления партийных рядов число партийных районов в Риге увеличилось с 4 до 11; образовались новые партийные ячейки из рабочих промышленных предприятий и Рижского порта106 . В апреле 1940 г. начал выходить печатный орган Рижского комитета КПЛ "Ригас лиелиниекс" ("Большевик Риги")107 .

Значительно выросла партийная организация Лиепаи, насчитывавшая в мае 1940 г. в своих 5 районах 138 коммунистов. Особенно активно работала партийная ячейка на крупнейшем лиепайском предприятии "Тосмаре". В конце апреля 1940 г. в Лиепае стал издаваться нелегальный орган местной партийной организации "Комунистс" ("Коммунист") тиражом в 500 экземпляров108 .

Активную деятельность развернули также коммунисты в Даугавпилсе, Абрене, Карсаве и других районах латгальской организации, а также Даугавская, Видиенская и Курземская областные партийные организации. Как указывают в своих воспоминаниях руководители Латгальского областного комитета КПЛ в 1938 - 1939 гг. М. Юхно и Ф. Фридманис, с помощью коммунистов-рабочих Даугавпилса во многих волостях Даугавпилсского, Резекненского, Абренского и Лудзенского уездов были созданы подпольные ячейки КПЛ и антифашистские комитеты109 .

К началу 1940 г. усилилась работа партии в деревне, где выросло влияние КПЛ и расширились ряды местных партийных организаций за счет трудового крестьянства. В апреле 1940 г. "Латгальская правда" сообщала, что в течение года число членов областной партийной организации выросло в 7 - 8 раз110 . Всего в рядах Коммунистической партии Латвии накануне свержения фашистской диктатуры насчитывалось около


106 J. Steimanis. Latv. kom. partija cina par stradnieku skiras vaira kumu. Riga. 1957, lpp. 123 - 124.

107 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, 1936 - 1940 гг., оп 1, д. 715, л. 148.

108 I. Pinksis. Revolucinara Liepaja. Riga. 1955, lp. 134.

109 J. Steimanis. Указ. соч., стр. 124. О революционном движении в Латгалии см. также G. Fridmane, F. Fridmanis. Latgales revolucionara jaunatne. Riga. 1957.

110 "Латгальская правда" N 4(6) 1940 года.

стр. 84

тысячи человек. В декабре 1939 г. "Циня" писала: "В связи с событиями последнего времени стремительно растет приток новых членов в нашу партию. Создаются новые группы, ячейки, районы, новые организации. Партия начинает превращаться в массовую организацию, появляется большой спрос на литературу. "Циня" выходит в гораздо большем числе экземпляров, чем раньше, и все же невозможно удовлетворить все запросы"111 . Газета призывала укреплять ряды партии, не успокаиваться на достигнутом, закреплять и расширять влияние в массах, строго соблюдать партийную дисциплину и конспирацию.

Трудящиеся Латвии, объединенные в едином народном фронте, руководимом рабочим классом и его Коммунистической партией, готовились к решающим боям против фашистской диктатуры, за восстановление Советской власти в стране. Гнев трудящихся против фашистских правителей все возрастал.

В борьбе за свержение клики Ульманиса латышские народные массы использовали благоприятную международную обстановку, сложившуюся осенью 1939 года. Внешнеполитические действия Советского правительства, умело использовавшего противоречия в лагере империализма, и германо-советский договор о ненападении сыграли важную роль в изоляции Латвии и других прибалтийских государств от империалистических держав в условиях начавшейся второй мировой войны. Эта изоляция была еще больше усилена в результате принятия Советским Союзом мер по укреплению своих западных границ и, в частности, в результате активных действий СССР после разгрома Германией Польши, когда Советская Армия спасла от угрозы фашистского порабощения население Западной Украины и Западной Белоруссии.

Коммунистическая партия Латвии указывала в октябре 1939 г., что правительство Ульманиса не пользуется никаким доверием у народа и полностью обанкротилось, но фашистская клика не откажется сама от власти, и народу надо свергнуть фашистский строй. Обращаясь к трудящимся Латвии, "Циня" писала, что впереди предстоят еще тяжелые бои за освобождение от фашистского гнета, для чего потребуется сплочение всех сил рабочего класса. "Неправильным является мнение, что нас освободят какие-то внешние силы, - указывала газета. - Свободу надо нам самим завоевать. Надо организовать и подготовить массы к предстоящей борьбе за свержение фашизма, за создание свободной, демократической Латвии"112 .

С началом второй мировой войны империалистические позиции в Латвии, как и во всей Прибалтике, оказались ослабленными. Под напором масс правительство вынуждено было заключить 5 октября 1939 г. пакт о взаимопомощи с Советским Союзом, согласившись для безопасности Латвии разместить на ее территории некоторое количество советских войск. Заключение пакта предотвращало возможность интервенции империалистов в случае открытого выступления латышских трудящихся против буржуазного строя, как это имело место в 1919 г., когда Советская власть в Латвии была подавлена в результате вмешательства вооруженных сил международного империализма.

Ослабление внешнеполитических позиций империализма в Латвии происходило одновременно с дальнейшим развертыванием революционного движения трудящихся. В результате в стране сложились благоприятные условия для революционного прорыва в этом слабом звене цепи мирового империалистического фронта.

8 октября 1939 г. состоялось заседание ЦК КПЛ, на котором было принято решение о мобилизации всех сил трудящихся, объединенных в антифашистском народном фронте, для свержения в ближайшее время


111 "Cina" N 10, 1939 года.

112 "Cina" N 6, 1939 года.

стр. 85

правительства Ульманиса. Учитывая создавшуюся внешнюю и внутреннюю обстановку, Центральный Комитет констатировал, что в стране складывается революционная ситуация. Доказательством этого служили все усиливающиеся открытые выступления рабочего класса, недовольство трудового крестьянства, быстрый рост симпатий к Советскому Союзу среди народных масс. Основные положения решения ЦК КПЛ были изложены в воззвании "Долой правительство Ульманиса. За избранное народом представительство!"113 .

В качестве конкретных мер по организации борьбы за свержение фашистского правительства ЦК КПЛ предлагал активизировать партийную работу на предприятиях и в профсоюзах, повсеместно создавать комитеты единства в городах, в деревнях и т. д. ЦК КПЛ выдвинул в качестве первоочередных требования свободы политических организаций, собраний, слова, печати, забастовок, передачи профсоюзов в руки представителей, избранных самими рабочими, улучшения материального положения трудящихся. Эти требования должны были сплотить массы в борьбе против фашистского правительства.

Исходя из конкретных условий, партия не ставила тогда задачи немедленного установления диктатуры пролетариата. Коммунистическая печать указывала в ноябре 1939 г., что "рабочий класс и трудовое крестьянство Латвии еще недостаточно организованы и объединены.., чтобы можно было призывать массы к борьбе за диктатуру пролетариата, за Советскую Латвию"114 . КПЛ считала, что создание правительства народного фронта и обеспечение демократических свобод даст ей возможность лучше организовать рабочий класс, укрепить его союз с трудящимся крестьянством и после этого развернуть борьбу за установление диктатуры пролетариата.

Руководствуясь тактическими положениями, выдвинутыми VII конгрессом Коминтерна, Коммунистическая партия Латвии выработала план осуществления социалистической революции с учетом конкретной расстановки классовых сил в стране. Этот план получил свое выражение в решении "О едином фронте рабочего класса", принятом на пленарном заседании ЦК КПЛ 3 марта 1940 года115 .

Характеризуя создавшуюся международную обстановку, ЦК КПЛ отметил, что Советский Союз, подписав в августе 1939 г. пакт о ненападении с Германией, отвел угрозу войны от Восточной Европы, а заключив договоры о взаимопомощи с прибалтийскими государствами, СССР обеспечил им национальную самостоятельность. Включение Латвии в систему коллективной безопасности, торговые связи с Советским Союзом имели чрезвычайно важное значение для латышского народа. Это было, как указывал ЦК КПЛ, огромным завоеванием пролетариата Латвии.

Давая оценку внутреннего положения страны, ЦК КПЛ указывал, что ближайшая задача рабочего движения в Латвии состоит в том, чтобы добиться объединения всех антифашистских сил и свергнуть фашистскую диктатуру, после чего установить подлинно демократический строй, дав возможность самому народу решать, в каком направлении он в дальнейшем желает развивать свою политическую и хозяйственную жизнь. В решении подчеркивалось, что движущими силами антифашистского движения являются рабочий класс и трудовое крестьянство, поэтому чем сплоченнее и организованнее будет их союз, тем успешнее будет развиваться борьба против фашизма, тем скорее падет фашистская диктатура.

Решение ЦК КПЛ "О едином фронте рабочего класса" в огромной мере содействовало консолидации антифашистских сил в стране. Яркой


113 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, 1939 г., оп. 5, д. 785, л. 190.

114 "За единство" N 11, 1939 года.

115 ЦГА Латвийской ССР, ф. 3235, оп. 1, д. 860, лл. 34 - 36.

стр. 86

демонстрацией растущего возмущения трудящихся антинародной политикой фашистского правительства явились политические выступления 1 Мая 1940 года. В этот день на ряде предприятий состоялись кратковременные забастовки и летучие митинги. На улицах многих городов появились прокламации и воззвания, звавшие к борьбе против фашизма. В различных районах Риги были вывешены красные флаги, плакаты, распространены листовки. На стенах домов пестрели надписи: "Долой предателя народа Ульманиса!", "Долой фашистский режим!", "Да здравствует Советская Латвия!" и другие антифашистские лозунги116 . Красные флаги с надписями "Да здравствует Первое мая!", "Долой фашизм!", "Да здравствует свобода!" можно было увидеть на фабричных трубах лесопилки Я. Микельсона, на проводах высокого напряжения на Либешу сала против лесопилки Лукстиня, на территории "Проводника", у льнопрядильни акционерного общества "Латвияс коквилна" и в других фабричных районах столицы117 . В XI участке Риги на крыше дома был водружен красный флаг, причем полиция, пытавшаяся сорвать его, была обстреляна118 . Рабочие стекольной фабрики "Неофеникс" в день 1 Мая демонстративно слушали радиопередачу из СССР. Радиоприемник был включен на полную мощность, и голос Москвы звучал даже на соседних улицах119 .

В 10 часов утра в центре Риги появились автобусы с плакатами: "Первомайский привет трудящимся Риги!", "Долой предательскую клику Ульманиса!", "Да здравствует свободная Советская Латвия!". Организаторами этой смелой акции явились члены рижской организации СТМЛ120 .

В Латвии складывалась революционная ситуация. В связи с этим клика Ульманиса стремилась использовать войну, чтобы предотвратить свою гибель. Она вступила в контакт с фашистскими правительствами Литвы и Эстонии, пытаясь организовать военный блок трех прибалтийских стран, направленный против СССР. Во время советско-финской войны, спровоцированной тогдашними реакционными правителями Финляндии, в обстановке, когда английские и французские Империалисты при поддержке империалистов США, под флагом оказания "помощи" Финляндии хотели начать войну с СССР, фашистское правительство Латвии также активно готовилось к участию в этой антисоветской интервенции.

Однако Советская Армия вынудила Финляндию капитулировать и подписать мирный договор. Тем самым были сорваны антисоветские планы американо-английских, французских и иных империалистов, а вместе с ними и расчеты клики Ульманиса. Но и после этого фашистские правители Прибалтики, усердно служа империализму, продолжали вести подготовку к антисоветской войне, грубо нарушая условия пактов о взаимопомощи. Одновременно усилились репрессии против трудящихся Латвии, Литвы и Эстонии; за малейшее проявление симпатий к Советскому Союзу они подвергались преследованиям; участились провокации против военнослужащих советских гарнизонов в Прибалтике.

К июню 1940 г. общенациональный кризис в Латвии достиг наибольшей остроты. Советское правительство внимательно наблюдало за поведением фашистской клики. Видя, что Ульманис и его окружение ни перед чем не остановятся, чтобы вызвать конфликт, правительство СССР 16 июня 1940 г. направило правительству Латвии ноту, в которой потребовало от него сформировать новое правительство, способное обеспечить честное выполнение пакта о взаимопомощи. Оно потребовало также для


116 Там же, д. 721, лл. 1, 23, 26, 33 - 35.

117 Там же.

118 Там же, 1939 - 1940 гг., оп. 1, д. 523, л. 50.

119 Там же, л. 51.

120 "Par brivi un dzivi". Riga. 1956. См. статью E. Berklavs. Ta bija. lpp. 430 - 432.

стр. 87

обеспечения точного выполнения условий пакта о взаимопомощи пропуска на территорию Латвии дополнительных советских воинских частей.

Советская нота, разоблачившая провокационные планы клики Ульманиса и констатировавшая грубое нарушение латвийским правительством пакта о взаимопомощи, встретила сочувствие и поддержку со стороны трудящихся Латвии. Политический кризис в стране, вызванный антинародной внешней и внутренней политикой фашистской клики, еще более углубился. Не видя иного выхода, Ульманис оказался вынужденным выполнить требование СССР. 17 июня 1940 г. новые части Советской Армии вошли на территорию Латвии и наперекор террору фашистских властей повсеместно были встречены трудящимися с большой радостью.

В условиях назревшего общенационального кризиса главные требования масс сводились к одному - уничтожить ненавистный режим Ульманиса и образовать новое правительство, которое обеспечило бы проведение демократических преобразований в стране. Уже в конце 1939 - начале 1940 г. резко возросла активность трудящихся в борьбе против существующего режима. Когда Советское правительство выступило с нотой от 16 июня 1940 г., а руководимый Коммунистической партией антифашистский народный фронт потребовал образования демократического правительства, правящая клика вновь пыталась сманеврировать и сохранить у власти лишь несколько измененный состав фашистского правительства. Однако этот маневр фашистов встретил резкий отпор. "Низы" не хотели жить по-старому, а правящая клика полностью обанкротилась и не в силах была уже сдерживать возмущение масс. Народный фронт добился смены правительства. 20 июня 1940 г. было сформировано новое, демократическое правительство во главе с представителем прогрессивной латышской интеллигенции проф. А. М. Кирхенштейном.

В тот же день состоялось совещание членов Оргкомитета КПЛ, в котором участвовали представители районных партийных организаций Риги, представители СТМЛ. Совещание решило провести 21 июня массовую демонстрацию трудящихся Риги и разработало план демонстрации. Было принято также решение потребовать от Министерства внутренних дел снять посты айзсаргов и полиции с улиц города в этот день, чтобы предотвратить провокации с их стороны. Требование масс было выполнено новым правительством, и в день демонстрации порядок в городе охраняли рабочие отряды. Активисты антифашистского народного фронта готовили лозунги, шили красные флаги, извещали предприятия о плане демонстрации. Утром 21 июня на фабриках и заводах Риги состоялись митинги рабочих, на которых выступали представители народного фронта. Гудки заводов и фабрик были сигналом к прекращению работы. В этот день по призыву КПЛ состоялась грандиозная политическая демонстрация, в которой приняло участие свыше 70 тыс. человек. Она показала, что за Коммунистической партией идут рижский пролетариат, трудящиеся латышской столицы. Демонстранты требовали освобождения из тюрем революционных борцов, и 21 июня политзаключенные вышли на свободу. Среди них были Я. Калнберзин и другие руководители КПЛ, члены Рижского комитета партии и местных партийных организаций. 21 и 22 нюня массовые демонстрации состоялись также в Лиепае, Резекне, Даугавпилсе и других городах.

Свержение фашистского режима и образование народно-демократического правительства были началом социалистической революции в Латвии. В стране с каждым днем росло народное движение, охватывавшее все более широкие слои населения. Неизмеримо поднялись активность и инициатива трудящихся масс. Десятки тысяч людей вышли на арену политической жизни и включились в борьбу. Латышский рабочий класс возглавил борьбу трудящихся и под руководством Коммунистической партии довел ее до победы социалистической революции и установления

стр. 88

диктатуры пролетариата. Своеобразием этой революции было то, что пролетариат в ходе революции опирался на новое, демократическое правительство и демократизацию органов власти, использовал в своих целях существовавшее законодательство буржуазно-демократической Латвии. Правительство антифашистского народного фронта создало необходимые предпосылки для свободного волеизъявления народа. Опираясь на народный фронт, КПЛ организовала блок трудового народа Латвии, который выступил на выборах в сейм с единой платформой, отражавшей интересы рабочего класса, трудящегося крестьянства и трудовой интеллигенции. Более 97% избирателей отдали свои голоса за кандидатов этого блока. 21 июля 1940 г. Народный сейм на своем историческом первом заседании провозгласил Советскую власть в Латвии.

*

Победа социалистической революции в Латвии была обусловлена тем, что рабочему классу удалось создать политический союз с беднейшим крестьянством, привлечь на свою сторону середняка. Это стало возможным в результате образования антифашистского народного фронта, одержавшего под руководством Коммунистической партии победу над фашизмом. Пролетариат Латвии, в силу сложившегося соотношения классовых сил в стране, используя благоприятные особенности международной и внутренней обстановки, получил возможность в союзе с беднейшим крестьянством объединить под своим руководством большинство народа и прийти к власти мирным путем, без вооруженного восстания, без гражданской войны. Латышские трудящиеся в борьбе за победу социалистической революции опирались на поддержку со стороны первого в мире социалистического государства - Советского Союза. Решающим условием победы социалистической революции в Латвии было то, что рабочий класс и его партия стали основной политической, руководящей силой всего народа в борьбе против фашизма.

Orphus

© library.ee

Permanent link to this publication:

http://library.ee/m/articles/view/БОРЬБА-АНТИФАШИСТСКОГО-НАРОДНОГО-ФРОНТА-ЛАТВИИ-ПОД-РУКОВОДСТВОМ-КОММУНИСТИЧЕСКОЙ-ПАРТИИ-ПРОТИВ-ФАШИСТСКОЙ-ДИКТАТУРЫ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Estonia OnlineContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: http://library.ee/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. А. ДРИЗУЛ, БОРЬБА АНТИФАШИСТСКОГО НАРОДНОГО ФРОНТА ЛАТВИИ ПОД РУКОВОДСТВОМ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ПРОТИВ ФАШИСТСКОЙ ДИКТАТУРЫ // Tallinn: Estonian Library (LIBRARY.EE). Updated: 24.11.2017. URL: http://library.ee/m/articles/view/БОРЬБА-АНТИФАШИСТСКОГО-НАРОДНОГО-ФРОНТА-ЛАТВИИ-ПОД-РУКОВОДСТВОМ-КОММУНИСТИЧЕСКОЙ-ПАРТИИ-ПРОТИВ-ФАШИСТСКОЙ-ДИКТАТУРЫ (date of access: 19.10.2018).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. А. ДРИЗУЛ:

А. А. ДРИЗУЛ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Publisher
Estonia Online
Tallinn, Estonia
165 views rating
24.11.2017 (329 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Keywords
Related Articles
Анекдотичность классической теории тока проводимости в металлах заключается, прежде всего, в том, что теоретики не могут отыскать подвижные положительные заряды, без которых нарисовать вразумительную картинку протекания тока вообще, и в особенности переменного тока, невозможно. Дошло до того, что для спасения положения, некоторые горячие головы предлагают признать положительными зарядами дырки. Но дырки в электролите это подвижные положительные ионы, а дырки в металлах это неподвижные положительные ионы. К тому же, неоднократно экспериментально доказано, что токи в металлах не переносят вещество.
Catalog: Физика 
SEAWEEDS, RUSSIA'S MARINE WEALTH
35 days ago · From Estonia Online
A MULTIDIMENSIONAL GENIUS
38 days ago · From Estonia Online
Apparently, it is time to fill the emptiness of the model of the Rutherford-Bohr atom because this emptiness demonstrates the incompressibility of the atom. According to our hypothesis, the void must be filled with mini vortices of the ether - gravitons, which are magnetic dipoles. Attracted to each other by different poles, gravitons form gravitational, magnetic and electromagnetic fields. Graviton is also a quantum of the gravitational field that forms the body of the atom, along the lines of force of which the electrons rotate.
Catalog: Физика 
НЕМЕЦКАЯ АГРЕССИЯ В ПРИБАЛТИКЕ В XIII-XV ВЕКАХ
Catalog: История 
46 days ago · From Estonia Online
ИЗДАНИЕ В ШВЕЙЦАРИИ ДОКУМЕНТОВ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ
57 days ago · From Estonia Online
"РАБОЧИЙ ВОПРОС" НА СТРАНИЦАХ РЕВОЛЮЦИОННОЙ ПЕЧАТИ 1905 - 1907 ГОДОВ
Catalog: Разное 
58 days ago · From Estonia Online
ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ РАБОТА В ПЕРИОД ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
58 days ago · From Estonia Online
ВОЕННАЯ МОЛОДОСТЬ ИСТОРИКА
Catalog: История 
58 days ago · From Estonia Online
СОЛИДАРНОСТЬ ЗАРУБЕЖНЫХ ТРУДЯЩИХСЯ С БОРЬБОЙ СОВЕТСКОГО НАРОДА ПРОТИВ ФАШИЗМА И ВОИНЫ (1935-1939 гг.)
Catalog: Разное 
58 days ago · From Estonia Online

ONE WORLD -ONE LIBRARY
Libmonster is a free tool to store the author's heritage. Create your own collection of articles, books, files, multimedia, and share the link with your colleagues and friends. Keep your legacy in one place - on Libmonster. It is practical and convenient.

Libmonster retransmits all saved collections all over the world (open map): in the leading repositories in many countries, social networks and search engines. And remember: it's free. So it was, is and always will be.


Click here to create your own personal collection
БОРЬБА АНТИФАШИСТСКОГО НАРОДНОГО ФРОНТА ЛАТВИИ ПОД РУКОВОДСТВОМ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ПРОТИВ ФАШИСТСКОЙ ДИКТАТУРЫ
 

Support Forum · Editor-in-chief
Watch out for new publications:

About · News · Reviews · Contacts · For Advertisers · Donate to Libmonster

Estonian Digital Library ® All rights reserved.
2014-2017, LIBRARY.EE is a part of Libmonster, international library network (open map)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK