LIBRARY.EE is an Estonian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: EE-211
Author(s) of the publication: А. Ю. МИЕРИНЬ

share the publication with friends & colleagues

XIX столетие - это время существенных изменений в истории и культуре латышского народа, формирования латышской интеллигенции, становления латышской профессиональной литературы, драматургии, театра, музыки, изобразительного искусства и вообще латышской национальной культуры.

Она длительное время развивалась как культура угнетенного народа. Предки латышей еще в XIII в. оказались под игом германских феодалов. Немецкие помещики и городская буржуазия и в XIX в. продолжали господствовать в экономической, политической и культурной жизни Латышского края. Об умышленной задержке распространения образования и роста латышской культуры еще в XVII в. писал глава церковной администрации Курляндского герцогства П. Эйнгорн: "В школах для крестьянских детей следует ограничиваться изучением лютеранского катехизиса и ничего не говорить об историческом прошлом латышского народа. В данном случае история является политически опасной наукой, ибо она раскрывает перед латышами всю ту несправедливость, которую им причинили немецкие завоеватели. Лишенные серьезного школьного образования, латыши навсегда останутся крестьянами"1 . Подобные же идеи устно и письменно проповедовала часть местных священников и помещиков двумя веками позже. Директор управления курляндских школ К. В. Брокгузен писал: "Приобщая сельских жителей к духовной культуре, не забудем, что нам нужны их руки, что существование нашего отечества обеспечивают только их поля. Если мы от этих полей отвлечем нужные им руки, наше благосостояние превратится в жалкие развалины"2 .

Вопреки утверждениям представителей немецких правящих кругов, что культуру на латышском языке невозможно создать, в XIX в., как только сложились определенные условия (завершение объединения в конце XVIII в. исторической территории латышского народа в границах России, зарождение капиталистических отношений, отмена личной зависимости крестьян), за сравнительно короткий срок произошло становление национальной культуры, опиравшейся на богатства предшествующей духовной культуры народа, которая находила воплощение в народных песнях, сказках, музыке и прикладном искусстве. Формированию национальной культуры способствовали также контакты латышей с соседями, использование достижений других народов, особенно русского. Этапы этого процесса отражены прежде всего в обобщающих трудах и проблемных монографиях3 , в специальных работах, касающихся творчества видных литераторов, прогресса национального театра,


1 Цит. по: Зутис Я. Я. Очерки по историографии Латвии. Ч. 1 Рига 1949 с. 54.

2 Apinis A. Latviesu gramatnieclba. Riga. 1977, 98. 1pp.

3 История Латвийской ССР. Т. I. Рига. 1952; т. II. 1954; История Латвийской ССР. Сокращенный курс. Рига. 1971; Latviesu literatures vesture. 1. sej. Riga. 1959; 2. sej. 1963; 3. sej. 1965; Kikans V. Dziedi mana muza. Tradicija un novatorisms latviesu poema. Riga. 1972; Vardaune Dz. Tragedijas zanrs latviesu literatura. Riga. 1973; Valeinis V. Latviesu lirikas vesture. Riga. 1976; Feodala Riga Riga 1978; Riga, 1860 - 1917. Riga. 1978; Kirsentale I. Latviesu romans. Zanra tapsana un attistiba lidz 1940. gadam. Riga. 1979; Smiltktina B. Latviesu novele (lidz 1940. gadam). Riga. 1981.

стр. 62


музыки, живописи и архитектуры4 . Получили также освещение история школы и педагогической мысли, книги, библиотечного дела, музеев, различных культурно- просветительских обществ5 . Изучается взаимодействие культуры разных народов, связанных исторически с латышами6 .

Об изменениях, происшедших в социально-экономической и общественной жизни края, красноречиво говорили два знаменательных события: XIX век открылся Каугурским восстанием лифляндских крепостных (1802 г.), требовавших освобождения из-под власти немецких помещиков; завершился же он массовым движением многонационального промышленного пролетариата Латвии в 1899 г., крупнейшее выступление которого вошло в историю как "Рижский бунт". Действительно, в начале прошлого века латыши в своей массе были крепостными. Понятия "латыш", "крепостной" и "крестьянин" в ту пору были как бы идентичны. Помещики старались сохранить крепостнические порядки в неизменном виде. Однако идеи эпохи Просвещения уже проникли в Прибалтику и были подхвачены здесь радикально настроенными просветителями из рядов прибалтийской интеллигенции, включая немецкую ее часть.

Наиболее колоритной фигурой среди них был Г. Х. Меркел, гуманист, обличавший пороки крепостничества и требовавший социального освобождения латышей и эстонцев7 . Однако в Латвии его работа была напечатана на латышском языке лишь спустя 100 лет, когда уже сбылось предсказание Меркела, что наступит время, и латыши и эстонцы докажут свои права огнем и мечом8 . Идеи, содержавшиеся в данной и последующих работах Меркела ("Лифляндская старина", "Ваннем Иманта" и др.)9 , - ненависть к крепостничеству, равноправие народов, вера в будущее латышей - стали известны тем, чьи интересы он защищал, благодаря тому, что его произведения распространялись в списках на латышском языке. Они знакомили читателей с историей коренного населения, будили у крестьян интерес к собственной судьбе.

В недрах крепостничества тлели искры возмущения, вспыхивавшие огнем во время крестьянских выступлений и заставлявшие правительство и местное дворянство идти на уступки. Были введены т. н. Крестьянский закон 1804 г. и Дополни-


4 Lapins A., Eglltis A. Karlis Huns. Riga. 1953; Janis Valters. Riga. 1953; Skulme U., Lapins A. Janis Rozentals. Riga. 1954; Latviesu teatra repertuars lidz 1940. gadam. Riga. 1955; Julijs Feders. Riga. 1956; Berzins O. Latviesu zemnieku maju arhitektura. Riga. 1958; Васильев Ю. М. Классицизм в архитектуре Риги. Очерк истории планировки и застройки Риги в конце XVIII - начале XIX вв. Рига. 1961; его же. Рига. Памятники зодчества. Рига. 1971; Kundzins К. Latviesu teatra vesture. 1. sej. Riga. 1968; Карклинь Л. Очерки музыкальной культуры Советской Латвии. Л. 1971; Kacalova Т. Vilhelms Purvltis. Riga. 1971; VI to lips J., Krasinska L. Latviesu muzikas vesture, 1. sej. Riga. 1972; Pilsetu attlstlba un arhitektura Latvijas PSR. Riga. 1974; В ems R. Latvijas maksla XIX gadsimta pirmaja puse. Riga. 1976; ejusd. Apceres par Latvijas makslu simt gados. Riga. 1984; Циелава С. Искусство Латвии. Л. 1979; Latvijas PSR pilsetu arhitektura. Riga. 1979; Cielava S. LatvieSu gleznieclba. Pirmspadomju periods. Riga. 1980; Krastins" I. Jugendstils RIgas arhitektura. Riga. 1980, etc.

5 Rancans F. Janis Misins un vina biblioteka. Riga. 1963; Drizule M. Latvijas skolu vesture. 1. d. Riga. 1967; Ruberts J. Tautskolas Vidzeme un Kurzeme. XIX gs. 80. -90. gados. Riga. 1973; ejusd. Tautas izglitibas rltausma. Riga. 1978; Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР. XVIII в. - первая половина XIX в. М. 1973; то же. Вторая половина XIX в. М. 1976; Rlras vestures un kugnieclbas muzeja. Riga. 1973; Библиотеке 450. К юбилею фундаментальной библиотеки Академии наук Латвийской ССР, 1524 - 1974. Рига. 1974; S trad iris J., Strods H. Jelgavas Petera akademija. Riga. 1975; Latvijas skolu un pedagogijas vestures jautajumi. Riga. 1975; Apinis A. Op. cit.; Labrence I. Jelgavas gramata. Riga. 1984.

6 Vavere V. M. Gorkijs un lgtviesu literatura. Riga. 1954; Latviesu literatura PSRS tautu saime. Riga. 1967; Вавере В. А., Мацков Г. М. Латышско-русские литературные связи. Рига. 1965; Latviesuslavu literaturas un makslas sakari. Riga. 1982.

7 MerkelG. Die Letten, vorzuglich in Livland, am Ende des philosophischen Jahrhunderts. Leipzig. 1797.

8 Merkelis Garllbs. Izlase. Riga. 1969, 52. lpp.

9 Merkel G. Die Vorzeit Lieflands. Bd. I. Leipzig. 1798; Bd. II. 1799; ejusd. Wannem Imanta. Eine lettische Sage. Leipzig. 1802.

стр. 63


тельные правила 1809 года. Затем произошла отмена крепостного права в 1817 г. в Курляндской, а в 1819 г. - в Лифляндской губерниях (в Латгалии крепостничество сохранялось до 1861 г.). Но положение крестьянства даже после отмены личной зависимости продолжало оставаться тяжелым. Хозяйства, еще обремененные барщиной, денежными поборами и общественными повинностями, были малорентабельны. Безземельные, составлявшие большинство крестьян и не располагавшие орудиями производства, были вынуждены работать на помещиков либо искать себе новых хозяев в городах. Большинство выходцев из деревни старалось найти работу в нарождавшейся капиталистической промышленности.

В Риге к 1830 г. насчитывалось 54 мануфактуры с 2 тыс. рабочих. В 60-е годы XIX в., по завершении промышленного переворота, количество предприятий выросло здесь до 90, численность рабочих утроилась10 . Средневековый по облику город быстро трансформировался в крупный индустриальный центр. Этот город являлся средоточием культурной жизни края, где по-прежнему господствовала прибалтийско-немецкая культура. С конца XVIII в. в Риге существовал немецкий театр, в котором, в частности, капельмейстерами в 1837 - 1839 гг. были выдающийся композитор Р. Вагнер, а в конце 40-х годов XIX в. - известный музыкант К. Крейцер; гастролировали немецкие, итальянские и французские труппы; выступали такие исполнители, как Ф. Лист, Г. Берлиоз, К. Вика-Шумане, А. Г. и Н. Г. Рубинштейны.

Прямым контактам латышей с культурной жизнью привилегированных слоев общества мешал прежде всего сословный барьер. Но достоянием народа оставались народная музыка, самобытные циклы трудовых песен, календарные, семейные, обрядовые, лирические, юмористические, хороводные, танцевальные напевы. В трудовых, сиротских и сатирических песнях часто выражался протест против крепостничества. На крестьянских праздниках звучали самодельные духовые, струнные и ударные инструменты. Что касается латышского языка, то он во всех своих трех диалектах оставался средством общения в крестьянской среде, особенно в семье. Он применялся для обучения в волостных школах, отчасти как деловая речь - в волостных учреждениях. В прочих учебных заведениях и учреждениях вплоть до 1880-х годов господствовал немецкий, затем - русский язык. С XVI в. существовал и письменный старолатышский язык, использовавшийся немецкими пасторами в общении с верующими; на нем писались книги религиозно-дидактического содержания, а под редакцией пастора Ватсона в Елгаве выходила первая еженедельная газета "Latviesu Avizes" ("Латышская газета", 1822 - 1915 гг.), затем в Риге недолго издавалась "Tas latviesu auzu draugs" ("Друг латышских людей", 1832 - 1846 гг.), материалы которых были рассчитаны на воспитание в читателях духа покорности церкви и помещикам. Но страницы этих газет использовали и некоторые латышские писатели, как правило, самоучки, находившиеся под влиянием клерикалов и писавшие в том же духе.

Существовала и иная литература, более близкая народу: рукописные творения крестьян, с середины XVIII в. бытовавшие в списках. В начале XIX в. они носили ярко выраженный антифеодальный характер и содержали идеи социального протеста. Таков "Рассказ о латышском народе" Я. Пулана. В 1820-е годы Я. Пейтаном была переведена на латышский язык пьеса Ф. Шиллера "Разбойники" с сохранением ее антифеодального пафоса. Десятилетие спустя появилась рукописная сатира Э. Динсбергиса на пасторов. "Книга, что брат брату писал" К. Кактыня (1846 г.) тоже содержит протест против существовавшего строя. В 50-е годы XIX в. Ф. Малбергис написал биографию Меркела, выразив свою антипомещичью позицию и представив латышей как формирующуюся нацию11 . Он интересовался русской литературой и явился одним из первых переводчиков басен И. А. Крылова. В литературе, главным образом рукописной, было налицо стремление пробудить в читателе чувство национального достоинства.

В стихах из цикла "Песни латышских друзей", напечатанных в 1840-е годы ("Когда к латышам придут времена, какие у других народов уже наступили", "Ты


10 Riga, 1860 - 1917. 33. 1pp.

11 Apinis A. Op. cit., 110, 149. 1pp.

стр. 64


потому родился латышом, чтобы жить для народа", "Еще сейчас наш народ находится в темноте" и др.), Я. Руген одним из первых обратился к национальному самосознанию. Его крупнейшее прозаическое сочинение "Глазам видный путь на Видземское небо" тоже распространялось в списках. Это краткая история Латвии, призывавшая молодежь учиться, а затем и трудиться на благо народа. Руген стал провозвестником национальной литературы.

В начале XIX в., несмотря на определенный уровень элементарной грамотности (в Видземе грамотные латыши составляли 2/3, в Курземе - 1/3 населения)12 , достигнутый домашним обучением под надзором немецких пасторов, латышей, имевших достаточное образование для создания профессиональной культуры, было еще мало. Хотя законами 1817 и 1819 гг. предусматривалась организация одной школы на 1 тыс. душ населения обоего пола - в Курляндской губ., одного волостного училища на 500 и одной приходской школы на 2 тыс. душ мужского населения - в Лифляндской губ., школьное дело прогрессировало медленно. Крестьяне не имели средств для того, чтобы содержать школу и учителей. Помещики же и священники относились к просвещению крестьян либо отрицательно, либо в лучшем случае равнодушно13 . Для крестьян считалось достаточным уметь читать, знать катехизис и церковные песнопения. Прибалтийско- немецкое дворянство возражало против учреждения учительских семинарий для подготовки преподавателей из числа латышей. Этот вопрос удалось положительно решить только в 1840-е годы.

Еще сложнее обстояло дело со средним образованием, не говоря уже о высшем, которое в первой половине XIX в. даже имущие могли получить лишь за пределами родного края. Не суждено было стать первым университетом Латвии и основанной в 1775 г. в Елгаве Петровской академии. Правда, там в 1783 г. стала действовать первая в Латвии астрономическая обсерватория, с которой связано имя одного из первых представителей латышской технической интеллигенции - Э. И. Бинемана14 . Елгавская академическая гимназия стала с 1837 г. рядовым губернским учебным заведением. Но именно в ее стенах впервые в Латвии была начата организованная научно- исследовательская работа. Общим научным центром в Прибалтике был тогда Тартуский университет, куда после его создания перешла часть профессоров и воспитанников Петровской академии. Профессором химии и фармацевтики там работал первый латышский естествоиспытатель Д. -Г. Гриндель, являвшийся в 1810 - 1812 гг. ее ректором15 . Во второй половине века роль этого университета в подготовке латышской интеллигенции значительно возросла.

Для развития латышской культуры многое было сделано представителями нарождавшейся буржуазной интеллигенции, т. н. младолатышами, деятельность которых началась в середине 1850-х годов. Наиболее видными их представителями были Ю. Алунан, К. Барон, К. Валдемар, К. Биезбардис, А. Кронвалд, А. Спагис. Младолатыши выражали чаяния национальной местной буржуазии, выступали против засилья прибалтийско- немецкого дворянства и остатков крепостничества. Они вложили значительные силы в просвещение своего народа и развитие языка, заложили основы латышской демократической периодики, латышской национальной литературы, знакомили читателей с новинками науки, техники и хозяйства, выступили инициаторами собирания памятников фольклора. Младолатыши не представляли собой организованной партии и были по нацеленности выступлений реформистами, но их деятельность в области культуры отвечала общенациональным интересам. Валдемар во введении к книге "300 рассказов..." писал о значении просвещения и призывал латышей, получивших образование, прививать народу любовь к хорошей книге, организовывать библиотеки и общества читателей16 . Сам он создал одну из первых


12 Latvijas Padomju Enciklopedija, 52 sej. Riga. 1984, 583. lpp.

13 Rubeкts J. Tautas izglitibas ritaustna. Riga. 1978, 66. lpp.

14 Straclins J., Strods H. Jelgavas. Op. cit., 204. - 210 lpp.

15 Биографический словарь профессоров и преподавателей Юрьевского, бывшего Дерптского, университета за сто лет его существования (1802 - 1902). Т. И. Юрьев. 1902, с. 238 - 239.

16 Valdemars K. 300 stasti, smieklu stastini etc. un mlklas ar ko jaunekliem un pieaugusiem lusti uz gramatam vairot gribejis. Liepaja. 1853.

стр. 65


латышских сельских библиотек в Эдоле, где с 1847 по 1849 г. работал волостным писарем. В книге, касавшейся привлечения латышей и эстонцев к мореплаванию, Валдемар писал о необходимости профессионального образования; он активно участвовал в создании мореходных училищ (но его проектам в России было создано более 40 таких училищ, в том числе 11 - в Латвии), высказывался за обязательное обучение детей в народных школах и на родном языке, не отрицая необходимости знания других языков17 .

Биезбардис ("Борьба за язык и просвещение") выступал за равноправие латышского языка в школах и государственных учреждениях18 . Спагис ("Положение свободного крестьянского сословия в Курляндии") сочным языком публициста подвергал критике остатки крепостничества, высказывался против "немецкого культуртрегерства" и защищал права латышского народа на развитие национальной культуры19 . Самой необходимостью развития латышской литературы и книгоиздания был поставлен вопрос о состоянии родного языка. Одним из первых в этом направлении начал работать в 1840-е годы выпускник Тартуского университета сельский врач Ю. Барс, создавший проект латышского правописания. Младолатыши (особенно Алунан) положили начало латышскому литературному языку. Это способствовало росту национального самосознания в условиях борьбы с возросшим стремлением в 1860-е годы к денационализации латышей со стороны прибалтийских немцев. В развитие латышского языка свой вклад внесли преподаватель Юрьевской учительской семинарии А. Кронвалд и лингвист К. Мюленбах.

Середина века стала временем зарождения национальной литературы. Поворотным пунктом явилась книга Алунана "Песенки, переведенные на латышский язык" (Тарту. 1856). Автор, знавший семь языков, познакомил соотечественников с произведениями классиков мировой литературы (Гете, Гейне, Шиллер, Пушкин, Лермонтов и др.) и античных авторов (Гораций, Овидий и др.) в переводах. Алунан отмечал, что он преследовал цель "показать, как силен и прекрасен латышский язык", что и на нем могут звучать не только оригинальные стихи, но и произведения мировой поэзии20 . Им был дан отпор нападкам немецких пасторов на латышский язык и литературу, утверждавших, что у латышей нет будущего, что их язык должен исчезнуть, а сами они подлежат онемечиванию21 .

Начало собственно латышской периодической печати связано с газетой "Majas Viesis" ("Гость дома", 1856 - 1910 гг.). Ее страницы использовали на первых порах младолатыши. Но из-за консервативного направления газеты и нападок со стороны немецких пасторов они перестали в ней печататься и создали свои печатные органы за пределами родины. В Тарту под редакцией Алунана начал выходить научно-популярный сборник "Seta, daba, pasaule" ("Двор, природа, мир". 1 - 3. 1859 - 1860 гг.), Популярностью пользовалась первая еженедельная демократическая газета "Peterburgas Avizes" ("Петербургская газета"), которую Валдемар, Алунан и Барон выпускали с 1862 по 1865 г. в российской столице. Газета имела большое значение для развития латышской прогрессивной общественной мысли и создания национальной культуры, а ее сатирические приложения "Дзиркстеле" ("Искра") и "Зобугалс" ("Зубоскал") положили начало данному жанру в латышской литературе. Революционный демократ студент Петербургского университета П. Баллод, на формирование мировоззрения которого оказал влияние Н. Г. Чернышевский, установил связь с русскими революционными демократами, вступил в нелегальный кружок и активно включился в освободительную борьбу. Он подпольно организовал "карманную типографию", где печатались воззвания революционно-демок-


17 Waldemar С. liber die Heranziehung der Letten und Esten zum Seewesen. Dorpat. 1857, S. 26; ejusd. Baltische, namentlich livlandische Bauernzustande. Leipzig. 1862, S. 21; ejusd. Vaterlandisches und Gemeinniitziges. Hf. 2. Moskau. 1871, S. 125.

18 Beezbardis K. Der Sprach- und BildungskampI in den baltischen Provinzen Russlands. Bautzen. 1865.

19 Spagis A. Die Zustande des freien Bauernstandes in Kurland. Bd. 1. Leipzig. 1860; Bd. 2. 1863.

20 Alunans J. Dziesminas. I. Riga. 1981, 7. 1pp.

21 Apinis A. Latvieiiu gramatnieciba, 186. - 188., 210. - 211. 1pp.

стр. 66


ратического содержания. В 1862 г. Баллод был арестован и сослан в Сибирь. В 1870-е годы группа латышских интеллигентов в Петербурге (композитор и поэт К. Бауманис, поэт Аусеклис (М. Крогземис) выпускала альманах "Dunduri" ("Оводы"), в котором резко выступала против помещиков и лютеранского духовенства. Петербург и в последующие десятилетия оставался одним из центров деятельности латышской прогрессивной молодежи.

Во второй половине XIX в. наметились существенные изменения во всех сферах жизни Латвии. Для того времени характерны становление крупного промышленного производства, развитие новых путей сообщения, расширение внутренней и внешней торговли. Это сопровождалось интенсивным ростом городов. Рига, Лиепая (Либава), Елгава (Митава), Даугавпилс (Двинск) превратились в крупные центры. Прогрессу хозяйства способствовали завершившийся промышленный переворот, свобода предпринимательства, обширный рынок рабочей силы как результат массового притока рабочих рук из латышской деревни и других районов страны, улучшение коммуникаций, создание акционерных компаний, деятельность банков. Рига сосредоточила свыше 60% крупных предприятий Латвии и более 70% всех занятых рабочих, ее население за XIX в. увеличилось в 9 раз, а многонациональный промышленный пролетариат Латвии за 1860 - 1900 гг. вырос в 10 раз22 . Из-за тяжелых условий труда и жизни рабочие вскоре начали борьбу за свои права. Уже определявшаяся структура нового, буржуазного общества сказалась и в сфере культуры.

В условиях капитализма большая потребность в образовании ускорила развитие просвещения. Этому способствовала и борьба прогрессивной общественности за улучшение школьного дела. Самыми распространенными начальными школами в сельской местности оставались волостные. В городах действовали учебные заведения разных типов, а преобладали начальные школы с четырехлетним курсом обучения. Имелось несколько училищ, содержавшихся за счет государства. Остальные существовали на средства городских управлений и различных обществ, почти половину составляли частные школы. В городских школах учащиеся платили за обучение, что серьезно мешало получать образование детям из неимущих слоев. Ширилась сеть профессиональных и специальных учебных заведений (сельскохозяйственные, мореходные, железнодорожные, ремесленные, музыкальные, рисовальные и пр.). Росло число гимназий, организовывались реальные училища, тоже доступные преимущественно молодежи из состоятельных семей.

Для повышения культурного уровня населения имела значение и деятельность различных культурно-просветительных обществ, воскресных и фабрично-заводских школ, а также система самообразования. Грамотность населения к концу XIX в. достигла значительного для того времени уровня. В Лифляндской губ. насчитывалось в 1897 г до 78% грамотных, в Ёурляндской - до 71%, в Латгалии - около 40%- Но восточная часть Латвии - Латгалия была искусственно оторвана от этого процесса: после польского восстания 1863 г. на ее уезды было распространено запрещение (отмененное только в 1904 г.) использовать книги с латинским шрифтом и говорить в школах на родном языке23 . Тайком из села в село ходили учителя, в основном женщины, обучавшие детей национальной грамоте. Крестьяне сами обращались к рукописной литературе, переписывали церковные и светские издания, записывали песни, иногда сами сочиняли стихи и прозу (например, А. Юрджс и П. Миглиния.).

После основания в 1862 г. Рижского политехникума, реорганизованного в 1896 г. в Политехнический институт, появилась возможность получать высшее техническое, образованно в Латвии. Там готовили инженеров, механиков, коммерсантов, архитекторов, строителей, агрономов. Институт постепенно становился центром научных исследований, осуществлявшихся Рижским химико-фармацевтическим обществом


22 Очерки экономической истории Латвии, 1860 - 1900. Рига, 1972, с. 377, 546; Brambe R. Rigas iedzivotaji feodalisma perioda beigas. Riga. 1982, 131. lpp.; Riga 1860 - 1917., 23. lpp.

23 Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР. Вторая половина XIX в., с. 429.

стр. 67


с 1803 г., Рижским обществом практических врачей - с 1822 г., Рижским обществом естествоиспытателей - с 1845 года. Значительные успехи были достигнуты химиками: с 80-х годов XIX в. там вел исследования в области физической химии будущий лауреат Нобелевской премии рижанин В. Оствальд, долгое время занимался научной работой П. Вальден (стереохимия, электрохимия неводных растворов).

Не утратил прежнего значения и Тартуский университет как место подготовки специалистов для Латвии: со времени его создания до 1908 г. в нем обучались около 1400 латышей. Пользовался популярностью и Тартуский ветеринарный институт, в котором получили образование и работали такие латышские ученые, как микробиолог Э. Земмер, основатель пастеровской станции в Петербурге и один из организаторов там же Института экспериментальной медицины, К. Хелмание, открывший вместе с О. Калнинем малеин - препарат для диагностики сапа. Эти учебные заведения стали не только центрами научной деятельности, но являлись также местом сближения и совместных действий революционной молодежи разных национальностей. Их роль в идейной жизни Прибалтики все усиливалась.

Прогрессивно настроенные латышские студенты в 1888 г. создали в Тарту научно- литературное общество и издавали научно-популярный сборник "Purs" ("Ларец") при участии революционного поэта Э. Вейденбаума. Члены общества пропагандировали произведения К. Маркса и Ф. Энгельса. Из их рядов вышли те деятели, которые в 90-е годы XIX в. знакомили с марксизмом латышскую демократическую интеллигенцию и передовых рабочих. В Рижском политехникуме возникали легальные марксистские кружки. В одном из них состоял будущий писатель М. М. Пришвин. Некоторые члены кружков имели связи с петербургской группой М. И. Бруснева. Постоянно росло число латышей, обучавшихся в столице России: в консерватории, Академии художеств, университете и других учебных заведениях. Часть молодежи Латвии получала образование в Москве. Эти лица в первую очередь знакомились с достижениями русской науки и передовой общественной мысли, что способствовало развитию демократической латышской культуры.

Во второй половине века дальнейшее развитие получила периодика. Между 1867 и 1885 г. на латышском языке выходило более 40 периодических изданий, в том числе одна из крупнейших буржуазных газет "Baltijas Vestnesis" ("Прибалтийский вестник", 1868 - 1906). Увеличились количество издательств, названий выпускаемых книг и их тиражи. В 1868 г. в Риге имелось семь частных типографий, в 1883 г. - 28. В 1835 - 1855 гг. было выпущено около 650 названий книг на латышском языке, с 1856 по 1866 г. - около 600, с 1867 г. до конца века - до 6 тысяч. Первое место занимала художественная литература, затем шли учебники, научные, популярные и практические издания, календари, книги религиозного содержания24 .

Особое место в истории латышской культуры той поры принадлежит К. Барону - публицисту и поэту, борцу за прогресс и национальное возрождение. 218 тыс. местных народных песен благодаря его усилиям продолжили жизнь в шести томах, изданных Петербургской Академией наук. Главная заслуга учителя и писателя А. Лерхис- Пушкайтиса состояла в собирании народных сказок (около 6 тыс.)25 . Фольклор становился одним из источников латышского литературного творчества, профессиональной музыки и искусства. Он нашел отражение в сочинениях А. Пумпура и Аусеклиса, драматургии Я. Райниса и А. Бригадере, музыке А. Юрьяна, Я. Витола, Э. Мелнгайлиса; воплощен в картинах А. Алксниса, Я. Розентала, работах Г. Шкильтера. Призывы к освобождению от гнета немецких помещиков и одновременно некоторая идеализация прошлого были присущи представителям романтического течения в литературе 1870 - 1880-х годов, наиболее выдающимися представителями которого являются Аусеклис и Пумпур.

Сборник М. Крогземиса "Стихи" вышел впервые в 1873 году. Его яркие, запоминающиеся стихи пользовались большой популярностью. Так, в стихотворении


24 Apinis A. Op. cit., 138., 207., 223., 240., 298. lpp.

25 Barons К., Vissendorfs H. Latvj'n dainas. I. s. Jelgava. 1894; II-VI s. Peterburg. 1903 - 1915; Lerhis-Puskaitis A. Latviesu tautas pasakas. I - III d. Jelgava. 1891; IV-V d. Jelgava. 1893 - 1894; VI d. Riga. 1896; VII d. Cesis. 1903.

стр. 68


"Замок света" автор писал о поре, когда свободный народ подпал под чужеземное иго; а теперь пришло время, и народные сыны вспомнили свое прошлое, чтобы вернуть свободу. Аусеклис, испытав гонения со стороны церкви, из-за чего вынужден был оставить работу учителя, пришел к твердому убеждению, что церкви не удастся удержать латышей в невежестве. В наиболее значимом своем произведении "Лачплесис" Пумпур, используя мотивы древних легенд, эпически отразил борьбу латышей против немецких завоевателей в XIII в. и создал величавый образ народного героя. Лачплесис, вступив в поединок с Темным Рыцарем, имеете с противником низвергается в пучину Даугавы, его народ на столетия попадает в рабство, но народ верит, что придет время, когда он воспрянет "к новым дням, свободным дням!".

В 1879 г. появилось первое крупное произведение латышской прозы - роман братьев Р. и М. Каудзит "Времена землемеров", в котором воссоздана жизнь пореформенной дереини, высмеиваются националистическое фразерство, подражание немцам, различные предрассудки. Этот роман остро сатиричен, на нем сказалось прямое воздействие произведений Н. В. Гоголя. Одним из первых представителей латышского реалистического рассказа был Апсишу Екабс (Я. Яунземис). В своих рассказах ("В волостном суде", "Богатая родня" и др.) он, рисуя картины деревенской жизни, вскрывал несправедливость, стяжательство и жестокость эксплуататоров.

Развитие латышской культуры в 1890-е годы протекало под влиянием пробуждавшегося классового сознания латышского пролетариата и общественно-политического движения латышской демократической интеллигенции, известного как Новое течение. Центром этого течения стала газета "Dienas Lapa" ("Дневной листок") под редакцией Я. Райниса и П. Стучки. Она популяризировала идеи марксизма, содействовала развитию прогрессивной литературы и искусства. Новотеченцы установили тесные контакты с рабочими кружками, организовывали ввоз в Латвию нелегальной литературы.

Вместе с новым течением зарождается латышская революционная литература. В ней впервые появляются темы из жизни пролетариев, шире развиваются все жанры, все чаще слышатся призывы к революционной борьбе. Литературные критики, особенно Я. Янсон (Браун), выступали с позиций марксизма, с критикой реакционной идеологии, в защиту реалистического искусства и литературы. В произведениях видного поэта, мыслителя и публициста Э. Вейденбаума нашел отражение революционный протест трудящихся масс. Его едкая сатира разоблачала хищничество, мракобесие, лицемерие и эгоизм господствующих классов. Рисуя тяжкую участь трудящихся, поэт призывал их к борьбе за свободу и справедливость. Он взывал: "Встань, воспрянь же, о вольности дух!". Ему лее принадлежала первая марксистская статья на латышском языке, написанная в 1886 г. и излагавшая основы исторического материализма, а также анализировавшая конкретную обстановку в Латвии. В конце статьи была помещена выдержка из Устава I Интернационала. Идеи Нового течения нашли отражение также в сочинениях Аспазии (Э. Розенберг-Плиекшане), включая ее поэтический сборник "Красные цветы", драмы "Вайделоте", "Потерянные права" и "Недостигнутая цель".

Мастер реалистической прозы и драматургии Р. Блауманис проникновенно отражал жизнь латышских крестьян в своих рассказах и новеллах: "Андриксон", "В тени смерти", "Раудупиете", "Весенние заморозки". Творчество этого писателя - ценнейший вклад в латышскую демократическую литературу. В 1890-е годы начал свою литературную деятельность Я. Райнис (Илиекшан), расцвет творчества которого относится к началу XX века. Находясь в ссылке (1897 - 1899 гг. - в Пскове, потом до 1903 г. - в Вятской губ.), он занимался переводами произведений мировой классики и готовил свой первый сборник стихов "Далекие отзвуки в синем вечере", в котором с симпатией и большим сочувствием описывал жизнь простых людей. Такова "Песня фабричной девушки", которой нужно рано утром вставать на работу: "Там солнце в окнах не светится, там копоть ламп и пыль стоит. Там медленно мой век рушится, шестнадцать медленных часов". Образ революционера-борца дан им в стихотворении "Единственная звезда". Стихотворением "День страшного суда" Райнис предвещает правящему классу судный день: "В горах за-

стр. 69


щиты вам не найти: и горы местью грозят в пути. Какое море вам даст приют? Вас волны смоют и унесут". Этот сборник стихов "вывел латышскую поэзию на широкие идейные и философские просторы"26 .

Благотворное влияние на латышскую литературу оказало знакомство с культурными достижениями соседних народов. Сближение латышей, эстонцев и литовцев коренилось в общности их исторических судеб. Основоположник эстонской национальной поэзии К. Петерсон родился в Риге и большую часть жизни провел в Латвии. Созданный Ф. Крейцвальдом эстонский эпос "Калевипоэг" послужил стимулом для написания Пумпуром "Лачплесиса". Первым произведением литовской литературы на латышском языке стали фрагменты поэмы К. Донелайтиса "Времена года". Младо-латыши обратили внимание латышских читателей на русскую литературу. Алунан переводил стихи Г. Р. Державина, В. А. Жуковского, А. В. Кольцова, А. С. Пушкина, М. К). Лермонтова. В 1870- е годы появились переводы сочинений Н. А. Некрасова, Н. В. Гоголя, И. С. Тургенева, с 80-х годов - Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого, А. П. Чехова. Их творчество оказало сильное воздействие на латышских литераторов. Переводились на латышский также лучшие произведения писателей других стран.

К заметным событиям 1870-х годов относится возникновение латышского театра. Первым спектаклем на латышском языке (в Риге в 1868 г., поставлен в благотворительных целях комитетом по оказанию помощи нуждающимся эстонцам) явилась постановка пьесы датского драматурга П. Холберга "Как крестьянин был в помещика превращен" ("Жупу Бертулис"). У театра не было ни укомплектованной труппы, ни постоянного помещения, ни средств. Обычно ставились одноактные пьесы на местные темы. В 1870 г. начал функционировать Рижский латышский театр под руководством А. Алунана - первого профессионального латышского актера, режиссера, драматурга и пропагандиста театрального искусства. Уже на первом году работы им были поставлены 20 пьес, в том числе "Ревизор", в 1880-х годах - "Женитьба" Гоголя, "Скупой рыцарь" Пушкина, "Женитьба Бальзаминова" Островского.

Попытка Алунана поставить пьесу норвежского драматурга Б. Бьёрнсона "Редактор", содержавшую острую социальную критику, вызвала резкий протест в местной немецкой печати27 . Реакционеры увидели в событиях пьесы сходство с предвыборной кампанией в Рижскую городскую думу, во время которой столкнулись интересы господствующих немецких кругов и латышской буржуазии. В дальнейшем Алунан создал другой театр, в Елгаве. В 90-е годы XIX в., когда руководителем Рижского театра стал артист П. Озолиньш, репертуар обогатился новыми пьесами местных драматургов, возросло число постановок мировой классики28 . Плодотворное влияние на развитие театра оказало Новое течение: на сцене чаще стала отражаться реальная действительность, вскрывались классовые противоречия. Под влиянием реалистических традиций выросло поколение стоявших близко к демократическому зрителю актеров; среди них - Д. Акментинь, разносторонне одаренная исполнительница Б. Румниеце (с 1945 г. народная артистка ЛатССР), Ю. Скайдрите, Е. Дубур (Ариныд), А. Миерлаук.

С русской классикой латышские зрители знакомились также на спектаклях Рижского русского театра, созданного в 1883 году. Глубокий след оставили гастроли в Риге в конце 1880 - начале 1890-х годов русских трупп и артистов: Г. Н. Федотовой, М. Т. Иванова- Козельского, П. Н. Орленева, М. И. Писарева, М. Г. Савиной, П. А. Стрепетовой. Большим успехом пользовались любительские труппы. При рабочих обществах "Ионатан", "Цериба" ("Надежда"), "Павасарис" ("Весна") и других действовали драматические кружки. Из этих коллективов выросли видные артисты А. Миерлаук (тогда рабочий) и А. Фрейманис. Коллективы самодеятельности создавались по всей Латвии. Их спектакли проходили в корчмах, сараях, усадьбах и школах.

В 1869 г. в Вецииебалге появилось Общество пения и чтения, которое


26 U pits A. Latviesu literatura. 1. Riga. 1951, 222. 1рр.

27 Kundzins К. Latviesu teatra vesture. 1. s. Riga. 1968, 60., 112.. 161. -162. 1pp.

28 Hausmanis V. Teatra attistiba. Riga. In: Riga, 1860 - 1917, 380. 1pp.

стр. 70


с 1870 г. начало ставить спектакли при участии писателей братьев Каудзит, учителя Е. Пилсагниекса, врача Я. Юрьянса и дирижера Е. Корнетса. В 70-е годы благотворительное общество ставило спектакли в Цесисе. Была переведена на латышский язык и исполнена музыкальным коллективом в Виеталве опера М. И. Глинки "Иван Сусанин"29 . В 1880 г. Елгавское латышское общество укомплектовало труппу под руководством оперного певца Д. Брежинского. Из нее вышли известные артисты Я. Стеглавс, Р. Янсоне и Е. Дубурс. В сельской местности Эргли были поставлены спектакли, в которых принимали участие писатель Р. Блауманис и будущий композитор Э. Мелнгайлис30 .

Во второй половине XIX в. были заложены основы латышской профессиональной музыки. Еще в начале столетия наблюдалось развитие многоголосного хорового пения, преимущественно церковного. В этом определенную роль сыграли учителя пения, которых готовили местные семинарии. Такую семинарию в Валке возглавлял с 1839 г. Я. Цимзе - основоположник латышской хоровой культуры и собиратель народных песен. Он оставил около 350 их обработок - "Дзиесму рота" ("Песенный венок"). Педагог, органист и дирижер Я. Бетынын после окончания в 1846 г. Ирлавской учительской семинарии работал там учителем музыки. У него получили музыкальное образование композиторы и органисты Э. Вигнерс, О. Шепскис, Л. Бетыньш, А. Бетыньш, Я. Каде. Популяризации хоровой песни во второй половине века способствовали коллективы певческих и культурно-просветительных обществ. Проводились певческие праздники. В 1873 г. в Риге состоялся первый Всеобщим праздник песни, ставший в дальнейшем традиционным (второй - в 1880, третий - в 1888, четвертый - в 1895 г.).

С 1860-х годов создаются музыкальные школы, включая Рижский институт музыки. Но большинство латышских музыкальных Деятелей получило образование в консерваториях России, особенно в Петербургской (Л. Бетыньш, братья А., Ю. и И. Юрьяны, Я. Витол, Н. Алунан, А. Калнынып, Э. Дарзиньш, Э. Мелнгайлис). Некоторые из них работали в разных городах России, что позволило установить контакты с видными представителями русской музыки и освоить ее традиции. Важную роль в этом сыграл Н. А. Римский- Корсаков. Под русским влиянием латышская музыка получила демократически- реалистическую направленность. В развитие национальной музыки значительный вклад внесли А. Юрьян и Я. Витол. Юрьян - основоположник местной музыкальной фольклористики, автор вокально-инструментальных и симфонических произведений, оставил 14 симфонических произведений и кантат. Благодаря его усилиям записано более 3 тыс. песен. В 90-е годы развернулась разносторонняя деятельность Витола. Замечательны его сольные и хоровые песни, баллады, камерные сочинения. Его вариации на тему народной песни "Склонись, солнышко, скорей к закату" были удостоены премии им. М. И. Глинки. Он создал первый в Латвии струнный квартет. Е концу века резко расширился круг исполнителей-профессионалов. С 1891 г. стали традиционными ежегодные "осенние концерты". Постепенно сложилась национальная школа латышских композиторов.

Во второй половине XIX в. в Латвии появились и местные живописцы-профессионалы. Из-за отсутствия специальных учебных заведений желающие искали возможность получить образование в русских городах, особенно в Петербурге. Там, в Академии художеств, учились латышские художники О. Бертыньш, Я. Розе, А. Алкснис, В. Пурвит, Я. Валтер, Я. Роэентал, Я. Тилберг, А. Романс и др. Скульпторы, театральные художники и "прикладники" получали образование в Центральном училище технического рисования Штиглица, часть лиц посещала школу Общества поощрения художеств. Свои творческие принципы латышские мастера кисти формировали, опираясь на реалистические традиции русского искусства и эстетические взгляды революционных демократов. В дальнейшем свою роль в развитии изобразительного искусства Латвии сыграли с конца XIX в. специальные учебные заведения в Риге, а также частные ателье.


29 Aronu M. Vietalvas labdanbas biedribas teatra izrade Riga (Dzivibu prieks cara). - Dienas Lapa, 1891, N 292.

30 Kundz ins K. Op. cit., 341, 1pp.

стр. 71


В числе первых известных живописцев были Я. Розе, К. Гун, Ю. Федер. Их творчество представлено портретом, пейзажем, историческим и бытовым жанрами. Розе, в частности, оставил портреты К. Вальдемара, К. Биезбардиса, Я. Бауманиса. За "Автопортрет" в 1860 г. Петербургская Академия художеств присвоила ему звание академика. Гун, академик с 1868 г. и профессор той же академии, примыкавший к плеяде передвижников, создал ряд произведений исторического жанра ("Канун Варфоломеевской ночи", "Сцена из Варфоломеевской ночи"). Ему принадлежат также мастерски исполненные рисунки и акварели со сценами народной жизни. Основоположник реалистического пейзажа в Латвии Федер запечатлел прекрасные уголки родного края (Сигулда, Лигатне, Кокнесе), а также Украины, Кавказа, Крыма. Первым профессионалом в области графики был А. Даугулис, иллюстратор и автор книг и политических карикатур31 .

Дальнейшее развитие латышской живописи определило поколение художников 1890-х годов, преимущественно связанное с кружком "Рукис" ("Труженик"). Он возник в Петербурге и объединял латышских студентов Академии художеств, консерватории и Центрального училища технического рисования. Его члены стремились отображать жизнь народа и события своей эпохи. Они заложили основы именно национальной живописи. Тогда же состоялись первые выставки латышских художников. Алкснис, возглавивший "Рукис", первым обратился к реалистическому отображению жизни крестьян ("На работу", "В дороге", "Портрет отца") и древней истории латышей32 . Розентал начал творческий путь созданием многофигурных композиций, в которых показал различные социальные прослойки деревни ("Выход из церкви", "С кладбища"), будни простых тружеников ("На крыльце", "Песня пастушки", "Прачки"). Он был мастером высокого класса и как портретист ("Портрет В. Пурвита", "Автопортрет"). Валтером написан ряд полотен о жизни и труде земляков ("За прялкой", "Рынок в Елгаве", "Стрижка овец", "Канатчик"). Уже в конце века началось восхождение виднейшего пейзажиста В. Пурвита, ученика А. И. Куинджи. Дипломная работа Пурвита "Последние лучи" принесла ему большую золотую медаль и командировку за границу. На многих выставках за рубежом его работы были отмечены призами ("Последние лучи", "Северная ночь", "Мартовское солнце", "Мартовский вечер")33 . Пурвит оказался первым латышским живописцем, чье творчество нашло признание за пределами родины.

Зарождение латышской скульптуры относится к началу XX в. (Г. Шкилтерс, Т. Залькалнс). Несколько ранее появляются и первые латышские архитекторы. Усадьбы, дворцы и общественные постройки на рубеже XVIII-XIX вв. возводились в духе классицизма, причем латыши обычно составляли тогда только рабочую силу. При строительстве городских жилых домов использовались "образцовые фасады", разработанные петербургскими архитекторами, т. е. типовые проекты. Деревенские здания - дело рук ремесленников, чье мастерство передавалось из поколения в поколение. Среди них был и М. Сарумс (Подынын), которому доверили возведение церквей в Видземе и господских домов в Юмурде и Трикате. Новый стимул народное зодчество получило во второй половине XIX в. в связи с ростом сельской буржуазии. Пошли в ход новые строительные и отделочные материалы, постепенно исчезали соломенные крыши, расширялись проемы окон, разнообразнее становился декор. Появилась потребность в зданиях нового назначения: фабрично-заводских постройках, вокзалах, биржах, таможнях, электростанциях, водокачках, различных административных, учебных и лечебных заведениях.

Теперь на смену классицизму пришли стилизация и эклектизм. Новый облик получили центр Риги и ее бульварный район. В застройке центральной части города за бульварным районом преобладали многоэтажные доходные дома. Но в предместьях, как правило, по- прежнему строились малоэтажные деревянные дома без удобств. В обновлении Риги с середины 1860-х годов принимал активное участие первый латышский архитектор Я. Бауманис. Совместно с Р. Пфлугом он возвел здание собраний лифляндского рыцарства (ныне здание Президиума Верховного Совета ЛатССР),


31 Cielava S. Latviesu gleznieciba. Pirmspadomju periods. Riga. 1980, 237. 1pp.

32 Ibid.

33 Kacalova T. Op. cit., 27., 49. 1pp.

стр. 72


напоминающее палаццо Флоренции. Бауманис оставил родному городу ряд жилых строений на бульваре Райниса, улицах Меркела, Суворова, Барона, здания Александровской гимназии (ныне консерватория) и Окружного суда (сейчас здание Верховного суда ЛатССР). Смелое конструктивное решение присуще построенному в 1888 г. зданию цирка, купол которого сооружен из легких металлических конструкций. В 1880-е годы началась деятельность К. Пекшена, одного из зачинателей национального стиля в архитектуре Латвии, введшего в практику сооружение доходных домов. Параллельно с профессиональной продолжала существовать народная культура. В начале XIX в. предметы деревенского обихода и одежда изготавливались сельскими ремесленниками или домашним способом. Позднее в повседневную жизнь все больше входят фабричные изделия, одежда городского типа. Теперь народные костюмы чаще можно было увидеть во время праздников или в художественной самодеятельности. Народные песни по-прежнему сопровождали семейные и календарные праздники, оставаясь неотъемлемой частью трудовых обрядов. Но наряду с ними все большее распространение получали песни на слова поэтов, романсы и т. н. зиньгес; народные песни в профессиональной обработке стали включаться в концертные программы. К концу столетия получили распространение революционные песни. В культурной жизни увеличивалась роль обществ - пения, музыки, благотворительных и развлекательных, руководство которыми взяла в свои руки сельская буржуазия. Они устраивали концерты, спектакли, доклады, вечера вопросов и ответов, балы. Трудящиеся города также порою создавали общества взаимопомощи и т. п., которые способствовали повышению культурного уровня рабочих. Теряла прежнее значение лютеранская церковь. Росли антиклерикальные тенденции либо осуществлялась смена религии (широкая волна перехода латышских крестьян в православие). Постепенно народные массы созревали для восприятия передового мировоззрения. Медленно, но неуклонно возникала почва для усвоения революционных идей.

Orphus

© library.ee

Permanent link to this publication:

http://library.ee/m/articles/view/ЛАТЫШСКАЯ-КУЛЬТУРА-XIX-ВЕКА

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Estonia OnlineContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: http://library.ee/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. Ю. МИЕРИНЬ, ЛАТЫШСКАЯ КУЛЬТУРА XIX ВЕКА // Tallinn: Estonian Library (LIBRARY.EE). Updated: 01.11.2018. URL: http://library.ee/m/articles/view/ЛАТЫШСКАЯ-КУЛЬТУРА-XIX-ВЕКА (date of access: 17.11.2018).

Publication author(s) - А. Ю. МИЕРИНЬ:

А. Ю. МИЕРИНЬ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Publisher
Estonia Online
Tallinn, Estonia
87 views rating
01.11.2018 (16 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Keywords
Related Articles
КОНФЕРЕНЦИЯ "ЭРАЗМ РОТТЕРДАМСКИЙ И КУЛЬТУРА ЕГО ВРЕМЕНИ"
15 days ago · From Estonia Online
НАУЧНЫЕ ТРУДЫ МУЗЕЕВ ПО ИСТОРИИ
Catalog: История 
15 days ago · From Estonia Online
ИСТОРИЯ РАБОЧЕГО КЛАССА СОВЕТСКОЙ ЭСТОНИИ
Catalog: Экономика 
15 days ago · From Estonia Online
ЛИТВА - КРУПНЕЙШИМ СТРОЙКАМ СТРАНЫ
15 days ago · From Estonia Online
ПРОБЛЕМЫ АМЕРИКАНИСТИКИ. Вып. 2, 3
16 days ago · From Estonia Online
Рецензии. Э. П. ФЕДОСОВА. ОЧЕРКИ РУССКО-ПРИБАЛТИЙСКИХ РЕВОЛЮЦИОННЫХ СВЯЗЕЙ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX в. (1861 - 1895 гг.)
Catalog: История 
16 days ago · From Estonia Online
В БЮРО ОТДЕЛЕНИЯ
Catalog: Разное 
17 days ago · From Estonia Online
БАЛТИЙСКИЙ ВОПРОС ВО ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ РОССИИ 1905-1907 ГОДОВ
17 days ago · From Estonia Online
ПРОБЛЕМА МЕЖДУНАРОДНОГО ПРОФСОЮЗНОГО ЕДИНСТВА НАКАНУНЕ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
Catalog: История 
17 days ago · From Estonia Online
Анекдотичность классической теории тока проводимости в металлах заключается, прежде всего, в том, что теоретики не могут отыскать подвижные положительные заряды, без которых нарисовать вразумительную картинку протекания тока вообще, и в особенности переменного тока, невозможно. Дошло до того, что для спасения положения, некоторые горячие головы предлагают признать положительными зарядами дырки. Но дырки в электролите это подвижные положительные ионы, а дырки в металлах это неподвижные положительные ионы. К тому же, неоднократно экспериментально доказано, что токи в металлах не переносят вещество.
Catalog: Физика 

ONE WORLD -ONE LIBRARY
Libmonster is a free tool to store the author's heritage. Create your own collection of articles, books, files, multimedia, and share the link with your colleagues and friends. Keep your legacy in one place - on Libmonster. It is practical and convenient.

Libmonster retransmits all saved collections all over the world (open map): in the leading repositories in many countries, social networks and search engines. And remember: it's free. So it was, is and always will be.


Click here to create your own personal collection
ЛАТЫШСКАЯ КУЛЬТУРА XIX ВЕКА
 

Support Forum · Editor-in-chief
Watch out for new publications:

About · News · Reviews · Contacts · For Advertisers · Donate to Libmonster

Estonian Digital Library ® All rights reserved.
2014-2018, LIBRARY.EE is a part of Libmonster, international library network (open map)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK