М. Политиздат. 1975. 295 стр. Тираж 50000. Цена 1 руб. 23 коп.

Участию латышских стрелков в социалистической революции в России и защите ее завоеваний посвящено несколько серьезных исследований'. Поэтому важно установить, что нового по сравнению с предшествующими работами советских историков содержит книга кандидата исторических наук старшего научного сотрудника ИМЛ при ЦК КПСС Б. А. Томана. Она привлекает стремлением обобщить известное четкой формулировкой авторской точки зрения, широтой замысла я основательностью аргументации, введением в научный оборот малоизвестных источников.

Автор последовательно рассматривает деятельность латышских стрелков в дни Великого Октября и в первый год пролетарской диктатуры. Он справедливо утверждает, что преданность большей части латышских стрелков идеям социалистической революции объясняется их социальным составом (60% стрелков - выходцы из рабочего класса и безземельного крестьянства), боевыми традициями, влиянием большевиков, активная деятельность которых "развила сознание стрелков, закалила их и уже накануне Октябрьской революции сделала стойкими борцами за Советскую власть" (стр. 40).

С первых месяцев Советской власти латышские полки принадлежали к основным регулярным воинским частям пролетарского государства. Их роль тогда была особенно велика, так как старая армия демобилизовывалась, а новая только создавалась. Б. А. Томан отмечает, что латышские стрелки пользовались полным доверием Советского правительства: участвовали в охране Смольного и Кремля, занимали видные партийно-советские и руководящие

¹ А. И. Спреслис. Латышские стрелки на. страже завоеваний Октября. 1917- 1918 гг. Рига. 1967; "История латышских стрелков (1915 - 1920)". Рига. 1972, и др.

стр. 156

военные должности, были чекистами, сражались на фронтах гражданской войны. Бережно собрав факты участия стрелков в борьбе с контрреволюцией, автор убедительно показывает, что они относились к тем воинским формированиям, на которые в боях с интервентами, белогвардейцами и заговорщиками опиралась революция.

Наиболее полно в ранее изданных работах изучен боевой путь латышской стрелковой дивизии, сформированной в апреле 1918 года. Анализ анкет бывших латышских стрелков и других источников позволяет автору существенно дополнить представления о ее численности, социальном составе, дивизионной партийно-советской работе. К концу 1918 г. Латышская стрелковая дивизия - это 23 - 24 тыс. закаленных в боях бойцов, это двухтысячная большевистская организация, сплотившая воедино служивших в дивизии латышей, русских, украинцев, белорусов, татар, башкир и представителей других народов страны. Б. А. Томан указывает, что опыт партийной работы в дивизии "имел важное практическое значение... для выработки общих принципов партийно- политической работы во всей Красной Армии" (стр. 146).

Намерение создать исследование не только о латышских стрелках, но и вообще о латышах - солдатах революции автор успешно осуществляет при изложении материала о ликвидации контрреволюционных заговоров и мятежей. Наряду с общеизвестными фактами участия латышских стрелков в разоружении московских и петроградских анархистов (апрель 1918 г.), подавлении левоэсеровского мятежа (июль 1918 г.), разоблачение "заговора послов", разгроме савинковцев в Ярославле, Рыбинске и Муроме Б. А. Томан сообщает об их действиях по ликвидации кулацких мятежей в Поволжье и центральных районах страны. Он рассказывает о латышах-чекистах М. Лацисе (Я. Судрабе), Я. Петерсе, Я. Буйкисе и других. Однако этот сюжет требует дальнейшего развития. Не следовало ограничиваться рассмотрением лишь поенной деятельности представителей латышского народа Е Советской России той поры, надо было назвать латышей - председателей губкомов РКП (б) и местных Советов, продовольственных и хозяйственных работников, не только защищавших, но и созидавших новое, социалистическое государство.

В центре внимания автора - действия латышских стрелков на фронтах гражданской войны в 1918 году. Вывод о важной роли стрелков в боях с контрреволюцией на Восточном и Южном фронтах, решавших тогда судьбу революции, серьезно аргументирован. Изучение различных источников дает Б. А. Томану возможность показать, что в то время не было ни одного сколько- нибудь крупного сражения с белогвардейцами на Урале, в Поволжье или на севере страны, в котором не участвовали бы латышские стрелки. Автор вносит много уточнений, впервые сообщает важные подробности, относящиеся к оценке оборонительных боев на Средней Волге, когда 5-й латышский Земгальский полк за героизм, проявленный во время обороны Казани, стал первой красноармейской частью, награжденной Почетным революционным Красным знаменем ВЦИК, или к определению числа латышских стрелков, находившихся в составе армий Восточного фронта-12 тыс., Северного - более 2 тыс., Южного - 5150 человек (стр. 244, 255, 267). Удельный вес латышских стрелков в армиях Восточного фронта летом 1918 г. колебался от 2 - 3% до 50% (стр. 243), они занимали видное место среди командного состава фронта. Латышские части являлись боевым костяком формирующейся регулярной Красной Армии в середине 1918 г., в дни решающих боев с белочехами и учредиловцами. Впоследствии, в связи с массовым призывом в советские вооруженные силы, классовый и национальный состав армии изменился. В конце гражданской войны в Красной Армии служили представители почти 50 национальностей, из них латышей - 0,5%² .

Работа не лишена отдельных недостатков, связанных прежде всего с ограничением предмета исследования. Это не всегда оправдано. Латышские стрелки сражались с врагами революции в одном строю с другими отрядами победившего пролетариата. В книге подробно говорится о борьбе за Казань в августе - сентябре 1918 г., но не показана активная деятельность Казанского комитета РКП (б), вооружившего около 5 тыс. рабочих, вставших на защиту города. Ничего не говорится и о том, что при награждении 5-го латышского Земгальского стрелкового полка Почетным революционным Красным знаменем одно-

² Л. М. Спирин. Классы и партии в гражданской войне в России. М. 1968, стр. 346.

стр. 157

временно ВЦИК постановил "выработать текст приветственной телеграммы латышскому полку, Коммунистическому казанскому и Мусульманскому коммунистическому отрядам", проявившим мужество и стойкость при обороне Казани³ . Член Реввоенсовета Восточного фронта К. Х. Данишевский докладывал В. И. Ленину, что при защите Казани "крепко держались лишь некоторые красноармейские части, рабочие отряды и латышские стрелки"⁴ . Последние группы латышских стрелков оставили город к утру 7 августа, отмечает Б. А. Томан (стр. 225), но только 8 августа покинули Казань бойцы Коммунистического отряда П. Пальгунова и группа красноармейцев из Казанской дивизии П. Славена⁵ . Автор справедливо подчеркивает роль латышских стрелков в формировании и успешных действиях 5-й армии Восточного фронта, но следовало бы уделить значительно больше внимания и тому обстоятельству, что в момент создания по своему социальному составу она была преимущественно пролетарской. Позже комиссар 26-й дивизии В. К. Путна писал: "Все качества 5-й армии и ее составных единиц обусловливались тем, что в качестве своей основы в тяжелые дни под Казанью 5-я армия впитала в себя наиболее революционную часть рабочих. В ее рядах слились для совместной борьбы рабочие всех промышленных районов"⁶ . Причины падения Казани в свое время дискутировались на страницах печати, в выступлениях современников, в частности подвергалась сомнению правильность отдельных решений командования Восточного фронта ⁷ . Введение в книгу полемических сюжетов с четким изложением авторской точки зрения на них представило бы определенный научный интерес.

О назначении И. И. Вацетиса командующим Восточным фронтом автор сообщает (стр. 210 - 211) на основе воспоминаний К. Х. Данишевского. Однако мемуары самого Вацетиса содержат более точные сведения о его беседе с В. И. Лениным по вопросу о положении в Среднем Поволжье и дают основание предполагать, что именно эо время этой встречи, 10 июля 1918 г., Вацетис получил предложение встать во главе Восточного фронта⁸ . Необходим комментарий к констатациям типа: "2 августа командующим флотилией был назначен Р. Бернгардт, бывший стрелок 8-го латышского полка" (стр. 222). Известно, что его действия по руководству Волжской военной флотилией были подвергнуты критике, и 23 августа 1918 г. был назначен новый командующий⁹ .

Б. А. Томан написал интересную книгу. Это еще один шаг в изучении интернационального характера социалистической революции в России, строительства многонациональной Красной Армии, истории укрепления дружбы народов нашей страны.

³ "Боевые подвиги Красной Армии (1918 - 1922)". М. 1957, стр. 193.

⁴ К. Х. Данишевский. Встречи с Лениным в годы гражданской войны (1918- 1921 годы). "Воспоминания о В. И. Ленине". Т. 3. М. 1969, стр. 450.

⁵ М. Мухарямов, А. Литвин. Борьба за Казань в 1918 году. Казань. 1968, стр. 27.

⁶ В. К. Путна. Пятая армия в борьбе за Урал и Сибирь. "Борьба за Урал и Сибирь". М. - Л. 1926, стр. 17; см. также К. А. Мерецков. На службе народу. Страницы воспоминаний. М. 1968, стр. 32.

⁷ "Известия Наркомвоена", 8.IX.1918; М. Д. Бонч-Бруевич. Вся власть Советам. М. 1958, стр. 315 - 316.

⁸ "Из воспоминаний Главкома И. И. Вацетиса". "Военно-исторический журнал", 1962, N 4, стр. 73; "Владимир Ильич Левин. Биографическая хроника". Т. 5. М. 1974, стр. 624.

⁹ См. А. П. Ненароков. Восточный фронт. 1918. М. 1969, стр. 141 - 142.

Permanent link to this publication: