В. П. АНДРОСОВ. УЧЕНИЕ НАГАРДЖУНЫ О СРЕДИННОСТИ. Исслед. и пер. с санскр. "Коренных строф о Срединности" ("Мула-мадхьямака-карика"); пер. с тиб. "Толкования коренных строф о срединности, [называемого] Бесстрашным [опровержением догматических воззрений]" ("Мула-мадхьямака-вритти Акутобхайя"). М.: Вост. лит-ра, 2006. 846 с.

Рецензируемая работа посвящена изучению деятельности и наследия великого буддийского ученого Индии II - III вв., основателя философской школы мадхьямака и, как утверждает автор монографии, всей Великой колесницы буддизма. Данный труд продолжает исследования автора, начатые и опубликованные в предыдущие годы (Нагарджуна и его учение. М.: ГРВЛ, 1990; Буддизм Нагарджуны: религиозно-философские трактаты. М.: Вост. лит-ра, 2001).

Заслуживает внимания составляющая существенную часть введения к монографии статья о проблемах перевода буддийских канонических текстов. Несомненно, для В. П. Андросова перевод является процессом творческого поиска. Ему свойственно искать и предлагать свои переводы различных основополагающих санскритских и тибетских терминов, а также использовать варианты перевода, которые часто встречались в конце XIX - начале XX в., но почти не применяются современными авторами. В его работе встречаются такие термины, как "дхармо-частица" (dharma, chos), "опора как условие" (alambana, dmigs pa), "самосущее существований" (dngos po mams kyi rang hzhin), "клещи, отравляющие сознание ядом" (klesa, nyon mongs), и др. С этими переводами можно соглашаться или нет, но в любом случае заслуживает внимания творческая логика автора. В интервью, опубликованном в журнале "Dharma Life" (N 12, 2000), известный американский востоковед С. Бэтчелор заметил, что миру нужны поэтические переводы сутр вместо тех напыщенных текстов, которые иногда встречаются на Западе. Действительно, огромные временные и культурные различия, отделяющие нас от традиций Востока, наверняка легче преодолеть, если использовать в переводах язык, на котором современные люди привыкли говорить и думать.

Основная часть монографии состоит из трех частей. В первой В. П. Андросов, привлекая обширную источниковедческую базу, излагает доктринальные основы учений Будды и Нагарджуны, подробно представляет историографию нагарджунианы. В частности, весьма интересно исследование автором нередко поднимаемой разными учеными темы вероятного существования других "Нагарджун", входящее в раздел о текстовом наследии Нагарджуны и проблемах классификации его произведений.

Во второй части рассматривается происхождение различных переводов и комментариев "Коренных строф о Срединности", а также описывается структура самого текста; затем приводится собственно русский перевод "Строф", заслуживающий внимательного и непредвзятого изучения. Перевод сопровождается также впервые публикуемыми автокомментариями Нагарджуны, комментариями Чандракирти и некоторых других буддийских ученых Индии, а также современных буддологов, включая самого В. П. Андросова. Этот классический текст Нагарджуны в наиболее полной форме содержит его взгляд на так называемую реальность с позиции пустоты. Согласно Нагарджуне, все пусто, т. е. существует лишь в зависимости от набора условий, без какой-либо вечной, неизменной сущности. Кроме того, многие утверждения мадхьямаки указывают на то, что все так называемые сущности лишены отдельного независимого существования в том смысле, что они являются лишь концептуальными построениями ума. Любое явление есть не что иное, как имя, или понятие, приписываемое некоему набору условий.

Третья часть - "Приложения" - содержит несколько переводов других важных буддийских текстов. Прежде всего это аннотированный перевод знаменитой "Сутры Сердца" о Совершенствовании Мудрости и Пустоте. Затем следуют три перевода "Строф о сущности взаимозависимого происхождения", созданных в соавторстве с О. Э. Филипповым.

"Бхава-санкранти-сутра" (переведено как "Сутра о странствии по существованиям") - это короткая сутра, в которой Будда объясняет своему царственному ученику пустотность и иллюзорность процесса рождения и смерти. Он учит, что нет такой вещи, или явления, элемента относительной реальности (переведено как "дхармо-частица"), которая переходила бы из одной жизни в другую, и тем не менее существа перерождаются. В "Наставлении" и "Трактате" Нагарджуны переход из одного существования в другое объясняется с точки зрения пустотности, а также двух истин - относительной и абсолютной. Согласно относительной истине, есть объекты, такие как люди, стулья или кошки. С позиций абсолютной истины ничто не имеет независимого существования или устойчивой, вечной самосущности. Важно помнить, что это именно две истины, и неверно, что одна из них "истиннее" другой.

Намного позднее в индийском, а затем тибетском буддизме Алмазной колесницы появилось учение "санкранти" (тиб. 'pho ba - пхова). Так называется, в частности, одна из шести йог индийского махасиддхи Наропы (X - XI вв.), принесенная в Тибет переводчиком Марпой (XI в.) и вошедшая в традицию школы кагью. Это учение (или аналогичные ему) передается практически всеми линиями преемственности тибетского буддизма. Также будучи учением о процессе смерти, пхова Наропы не концентрируется на его пустотности (которая полагается уже сама собой разумеющейся), но предлагает метод практики, позволяющий во время умирания перенести сознание (пустое от независимого существования) в Чистую страну Будды Амитабхи (которая также не имеет самосущности), являющуюся не местом на земле или вне ее, а состоянием ума, свободным от любых страданий.

"Строфы о сущности взаимозависимого происхождения" в ясной, лаконичной форме указывают на пустотность последовательных звеньев цепи причин и следствий и самого процесса взаимозависимого происхождения. "Строфы" также сопровождаются автокомментарием Нагарджуны.

Последнее из приведенных в монографии произведений великого основателя мадхьямаки, также относящееся к его важнейшим трудам, - "Шестьдесят строф о доводах [разума]". Здесь приводится множество доводов в пользу нереальности всех вещей и, главное, наиболее важных привычных концепций, таких как сансара и нирвана, бытие и небытие, начало и конец.

Заключительная часть монографии - "Словарь индо-тибетского и российского буддизма (имена, термины и доктринальные понятия)", который основан на уже известных словарях В. П. Андросова, но дополнен новыми статьями.

В. П. Андросов в своем монументальном труде приоткрывает еще одну завесу над сокровищницей древней буддийской мудрости. Работа будет полезна и специалисту, и просто любознательному читателю.

Permanent link to this publication: