"Страшные потери! Тысячи убитых! Император отрекся!" - кто не помнит выкрикивающих эти заголовки босоногих мальчишек - продавцов газет из советских фильмов о революции? Но речь впереди не о них, а о том, что именно они кричали, стремясь заработать гривенник на булыжных мостовых начала теперь уже прошлого века. Какими были они, эти заголовки? Что бросалось в глаза нашим предкам, открывавшим страницы местных газет за утренним чаем в провинциальном городе 100 лет назад?

До 1899 года, например, в Ярославской губернии существовали лишь две местные газеты, издаваемые духовной и светской властями, "Ярославские губернские ведомости" и "Ярославские епархиальные ведомости". К началу XX века их в разные периоды насчитывалось до десятка, правда, кроме газеты "Северный край" и "Голос", все остальные выходили лишь эпизодично.

Газетные заголовки первых лет тысяча девятисотых были крайне однотипны. К примеру, в так называемой "официальной" части "Ярославских губернских ведомостей" (все издаваемые губернской властью газеты делились на две части - официальную и неофициальную) заглавия не менялись на протяжении от 1900 до 1917 годов. Из номера

стр. 85

в номер повторялось одно и то же: "Распоряжения правительства", "Служебные перемены", "Объявления и извещения" с подразделами "О продаже имений", "О воинской повинности", "О мертвом теле", "О вызове к торгам" и т.д. Содержание "объявлений и распоряжений" каждый раз обновлялось, но заглавия - нет.

Больше разнообразия было в неофициальной части, но и здесь заголовки в первый год двадцатого века разнообразием не блещут. Основной способ озаглавливания - рубрикация, причем названия рубрик кочуют из одной газеты в другую и меняются довольно редко. Разные по содержанию тексты, стоящие под одной рубрикой, чаще всего не имеют отдельных заголовков и разделены только пробелами: "Иностранные известия", "Местные известия", "Областной отдел", "Городская хроника", "Телеграммы" (сообщения Российского телеграфного агентства), "Внутренние известия" или просто "Хроника" (газеты "Голос", "Ярославские губернские ведомости", "Северный край"). Стремление озаглавить текст в провинциальных газетах XIX и первых годах XX веков практически этим и исчерпываются.

"Ярославские епархиальные ведомости" представляли собой сборник обширных статей авторов из духовенства. Здесь каждый материал имеет свое заглавие, но все они клишированы, например: "Слово на Новый год", "Слово на неделю мясопостную", "Слово при закладке церкви на ветке Московско-архангельской железной дороги", "Речь при отпевании воспитанницы Епархиального училища Веры Троицкой". Отметим, что клишированность заголовков задается самим жанром статей, весьма недалеко ушедшим от жанра церковной проповеди.

Привычный нам стиль сенсационности в заголовках незнаком журналистам начала XX века. Общая черта всех заголовков в этот период - стремление обозначить тему статьи, помочь читателю сориентироваться среди текстов газеты, а отнюдь не привлечь его внимание к какой-либо публикации, так как этого не требовалось. При отсутствии заметной конкуренции губернские газеты имели своего постоянного читателя, который узнавал местные новости, прочитывая газеты от корки до корки.

Все начинает меняться с появлением новых, частных газет, которых на арену истории призывала сама жизнь.

Сложившаяся система заглавий в провинциальных газетах начинает ломаться в периоды общественных потрясений и войн, которыми был богат промежуток истории от 1900 до 1917 годов. Интенсивнее всего это проявляется во время революций 1905 и 1917 годов. Русско-японской и Первой мировой войн. Прежде всего, журналисты начинают давать отдельные имена каждой статье, даже если та лишь в несколько строк объемом. Вначале заголовков удостаиваются лишь самые важные сообщения - статьи-хроники военных действий времен Русско-японской и Первой мировой войн. Впрочем, постепенно этот

стр. 86

принцип переносится и на события общероссийской жизни, и на вести из-за рубежа. Рубрики тоже сохраняются: к примеру, все статьи о Первой мировой войне идут под рубрикой "Война" (Северный край. 1905). При этом подобная местная хроника может по-прежнему даваться без отдельных заголовков.

Вот некоторые заголовки за 1905 год: "Гулльский инцидент", "О китайском нейтралитете", "Потери японцев", "Наступление Ойамы", "Медицина на войне", "Где наша эскадра?", "Волнения в Корее". Уже по этим примерам заметно, что сам принцип озаглавливания меняется. Появляются формы экспрессии (вопрос) и оценки, впрочем, последнее довольно эпизодично, оценка в заголовке чаще всего - средство выражения официальной позиции и пропаганды: "Апофеоз немецких зверств" (Северный край. 1915. N 36), "Трогательный пример любви к царю и отечеству", "Священная война и ее оправдание", "Крамола" (статья об убийстве в Петербурге великого князя Сергея Александровича. Ярославские епархиальные ведомости. 1915. N 2; 1905. N 8). Последний заголовок показателен для еще одной тенденции, проявившейся в начале века в заголовках провинциальных газет и характерной для современной журналистики, - стремление выносить в заголовок не тему текста, а исключительно новую информацию по теме. Так, в полном высказывании "Убийство Великого князя - крамола", тема - "убийство Великого князя", опускается, как либо общеизвестный факт, либо факт, о котором все равно читатель узнает, познакомившись с текстом под таким экспрессивным заглавием.

Отход от заголовка-темы выражается и в другом. Начинает проявлять себя стремление к заголовку, аккумулирующему в себе всю новость, представленную в тексте статьи: "Японцы наступают", "Снег на юге Франции", "Пойман японский шпион", "Дерзкая кража из Лиона" (Голос. 1905. N 6), "Генерал инспектор пехоты Гринненберг, по слухам, покидает свой пост" (Ярославские губернские ведомости. 1905. N 91). Характерно, что такие заголовки появляются в основном в разделе иностранных или столичных известий, а также военной хроники. Возможно, это новшество было почерпнуто провинциальными журналистами из столичных, либо зарубежных изданий.

Современные авторы выделяют в газетных заголовках три основные функции: номинативную, коммуникативную (информативную) и рекламную (Шостак М.Н. Журналист и его произведение. М., 1998). На протяжении с 1900 по 1917 годы рекламная функция начинает, хотя и весьма редко, проявлять себя. Это наблюдается и в появляющихся материалах "на интерес", информация которых не важна, но занимательна. Постепенно входят в моду оксюмороны - "Живая покойница" (Ярославские губернские ведомости. 1905. N 18), фразеологизмы - "Пир во время чумы" (Голос. 1914), ирония - "Протест воровской организации" (Ярославские губернские ведомости. 1915. N 96), рито-

стр. 87

рические вопросы - "Доколе?" (Ярославские епархиальные ведомости. 1915. N 2), что, несомненно, придает живость заголовку и газете вообще.

Сложившаяся система заглавий меняется довольно медленно. Могут наблюдаться и обратные процессы - консервации устоявшегося привычного способа озаглавливать статьи, что произошло с "Ярославскими епархиальными ведомостями", которые в начале 1917 года вообще прекратили издание неофициальной части и печатали лишь церковные постановления и распоряжения под соответствующими заголовками. И все же именно промежуток с 1900 по 1917 годы был тем временем, когда газетный заголовок в провинциальной прессе претерпевал заметные изменения, постепенно, но все же приближаясь к тому заголовку, который мы привыкли видеть на страницах современных газет.

Ярославль

Permanent link to this publication: