МАНМОХАН СИНГХ ОБЕСПОКОЕН СНИЖЕНИЕМ ИНТЕРЕСА К ИНДИИ В РОССИИ

Ежегодный обмен визитами между Россией и Индией на высшем уровне стал уже неуклонно соблюдаемым ритуалом. В 2004 г. в Индию приезжал Владимир Путин, год спустя, в декабре 2005 г., Россию посетил премьер-министр Манмохан Сингх.

Итоги переговоров подробно комментировались в российских медиа.

Но пресса не придала значения одному характерному эпизоду визита. Гость выкроил время для того, чтобы пообщаться с российскими индологами, китаеведами, исследователями восточной философии.

Что подвигло столь занятого человека на такой шаг? Вопрос не праздный. Ведь летом 2005 г., когда в Москву приезжал президент Индии Абдул Калам, он тоже встречался с российскими индологами. Ясно, что речь идет не просто о жестах вежливости или протокольных мероприятиях. Очевидно, индийское руководство пожелало высказать нашим ученым-гуманитариям, формирующим отношение общественности к Индии, определенную мысль. Какую же?

Слушая вступительное слово гостя, поначалу было трудно ее уловить. Премьер дал высокую оценку традициям российско-индийской дружбы. Индийская экономика быстро растет. Но основой для этого рывка вперед стала индустриализация страны, которую провел Дж. Неру при поддержке России, напомнил Манмохан Сингх.

Сегодня же Индия и Россия сталкиваются с новыми вызовами. Глобализация открывает перед ними возможности и в то же время создает риски. В этих условиях становится особенно необходимым, чтобы Россия и Индия как стратегические партнеры понимали друг друга. И тут свою роль должны сыграть ученые. Премьер дипломатично воздал должное длительной и славной истории российской индологии. Но "есть ощущение, - сказал М. Сингх, - что в последнее время интерес к этим исследованиям ослаб".

Это, на мой взгляд, и было ключевой фразой в речи премьера. Он, очевидно, обеспокоен тем, что власти не выделяют необходимых ресурсов для исследований по Индии, и это привело к тому, что ученый мир и российское общество в целом плохо осведомлены о современной Индии.

А если нет такого понимания, значит, что наше стратегическое партнерство лишено идеологической основы. На уровне лидеров осознание необходимости взаимодействовать на международной арене и противостоять общим угрозам есть. Есть успешно развивающееся военно-техническое сотрудничество. Но торговый оборот после распада СССР застыл на уровне 3 млрд. долл. в год, иными словами, экономическая база взаимоотношений узка. А роль Индии как страны, которая через полтора десятка лет может стать третьей по экономическому потенциалу державой мира, россиянами недооценивается.

Таков подтекст речи главы индийского правительства на встрече с нашими экспертами по Индии и сопредельным странам. Впрочем, отвечая на вопросы ученых и корреспондента "Азии и Африки сегодня", он указал как на изъяны в действиях российских бюрократических структур, мешающих развитию экономических связей, так и на отсутствие внимания к совместным исследованиям со стороны индийских чиновников.

Ниже публикуется, с некоторыми сокращениями, текст беседы с премьер-министром Индии.

- Ранее существовала практика совместной работы археологов. К примеру, российские археологи участвовали в раскопках в районе г. Матхура. Теперь эта программа остановлена. Такое же положение с изучением древних рукописей. В России собрана одна из самых богатых в мире коллекций рукописей на индийских языках. Раньше ученые обменивались текстами этих рукописей и результатами исследований. Эта программа тоже остановлена. Наконец, очень плохо выполняется программа обменов учеными и преподавателями. Можете ли вы оказать содействие, чтобы эти программы были возрождены?

- Хорошо, что вы привлекли к этой проблеме мое внимание. Мы укажем на это Археологическому департаменту Индии. Этим должны заняться и посольства. Я как премьер приму

стр. 60

меры, чтобы продвинуть сотрудничество в этой области.

- Хотя наши страны связаны давними дружескими узами, объем торговли между ними далеко отстает от размеров торговли Индии с Китаем и другими державами. Кто в этом виноват, и что нужно сделать, чтобы преодолеть застой?

- Я полностью согласен с вами, что объем торговли совершенно несопоставим с огромным потенциалом наших стран и с тем, что мы сделали для того, чтобы придать концепции стратегического партнерства ее подлинное наполнение. После моего приезда сюда я непрерывно вел беседы с российскими министрами и представителями бизнес-сообщества. Я сам лично ищу пути, которые позволили бы возродить поток торговли и инвестиций между нашими странами. У меня нет окончательных ответов. Но я уверен, что обнаружил некоторые проблемы в визовой системе. Наши бизнесмены жалуются, что визовая система в России слишком ограничительная. К тому же нет достаточных воздушных линий между нами, помимо "Аэрофлота". По-моему, нет другой авиалинии, которая связывает Дели с Москвой.

Я очень заинтересован в том, чтобы потоки торговли, инвестиций и технологий росли феноменальными темпами в ближайшие годы. И это возможно. Российская экономика растет примерно на 7% в год, индийская экономика - уже на 7%. И мы обсудили с российскими властями новые сферы сотрудничества, помимо оборонной. Энергетика - одна из таких отраслей. Мы сделали большие инвестиции на Сахалине. В то же время в области инфраструктуры или таких отраслях, как производство алюминия, где российские компании располагают огромным опытом, перед ними открываются большие перспективы для работы в Индии.

- Расскажите о реформах, которые проводит ваше правительство. Какого результата вы хотите добиться?

- Процесс экономических реформ в Индии был начат правительством партии Индийский национальный конгресс, который пришел к власти в 1991 г. С тех пор правительства менялись три или четыре раза, причем формировали их различные политические партии. Но направление экономической политики в основном соответствовало установкам, которые мы разработали с 1991 по 1996 гг. Последовательность экономических реформ состояла в том, чтобы определить точнее роль государства. Мы живем в мире, в котором правительства нельзя отменить. Но можно определить точнее роль государства в тех областях, где лишь правительство может удовлетворить стремления людей. И в то же время установить те отрасли, где оно не очень эффективно. Это суть экономических реформ, которые были начаты в 1991-м и продолжались всеми правительствами, сформированными впоследствии.

В нашей стране предприятия центрального правительства, правительств штатов, муниципальных правительств дают около 33% ВВП. Я не думаю, что эта доля уменьшится. Но мы пытаемся вовлечь правительства на путь, когда они будут больше удовлетворять основные потребности людей. Правительство должно больше заниматься базовым образованием, здравоохранением, защитой окружающей среды. Оно должно больше заниматься сельским хозяйством и также обеспечить наименее привилегированным слоям нашего общества больше социальных гарантий. Иначе массы могут стать жертвами глобализации. То есть мы хотим, чтобы правительство больше занималось соцобеспечением, развитием деревень, и в то же время удалить правительство из тех областей, где оно активно вовлечено в процесс производства.

Наш опыт состоит в том, что в области промышленности госсектор не столь эффективен, как частный сектор. У нас есть большой госсектор. Мы не можем избавиться от него за ночь. Но мы можем обеспечить, чтобы было больше конкуренции между государственным и частным секторами. Мы сейчас открыли по существу все сферы для будущего участия частного сектора. Это означает, что пропорционально производство в госсекторе снизится, а в частном возрастет. В результате будет больше конкуренции со стороны частного сектора и из-за рубежа. Наш опыт показывает, что, несмотря на первоначальные трудности, благодаря конкуренции внутри страны наша продукция стала конкурентоспособной на мировом рынке. Наш экспорт за последние 4 - 5 лет вырос на 35%, наши запасы иностранной валюты почти так же велики, как у России. В последние годы наша экономика росла ежегодно на 7%. Наша цель - обеспечить, чтобы в следующие два-три года экономика росла на 8 - 10%.

- Как Индия может сохранить свой уникальный облик, традиции и культуру, раз она все глубже вовлекается в процесс глобализации?

- Это очень серьезный вопрос. Мы стараемся найти такой метод развития, который является типично индийским. Вот почему мы создали смешанную экономику. Мы ищем такое сочетание общественного и частного секторов, которое достаточно динамично, чтобы ускорить развитие нашей страны. Мы должны конкурировать с другими странами и в то же время сохранить все лучшее из нашей культуры и цивилизации. Приведу один пример. Когда к нам пришло телевидение, казалось, оно подомнет региональные культурные традиции. Но с развитием телевидения произошел настоящий взрыв региональных культур в нашей стране. Посмотрите передачи ТВ в Ченнаи (Мадрасе. - В. С. ), Тривандруме или Бангалоре. Там происходит огромный творческий бум. Современная наука и технология поощряют стандартизацию, но в то же время они позволяют отсталым сообществам совершить прыжок вперед в процессе социально-экономических перемен.

- Возможна ли кооперация в области энергетики между Россией, Индией и Китаем?

- Индия развивает сотрудничество с Россией в области энергетики. Оно имеет огромные перспективы. Но подключение Китая к этому сотрудничеству тоже возможно. Это беспроигрышный вариант.

Permanent link to this publication: