Этот сын алжирца никогда не жил на "неблагополучной" городской окраине. Этот французский гражданин, выходец из иммигрантской среды, никогда не имел неприятностей в школе и не испытывал "кризис идентичности". Этот парижанин чаще завтракает в ресторане отеля "Хилтон", чем в обычных кафе, посещает крупные государственные учреждения, а не конторы мелких предпринимателей, ездит на машинах с шофером, а не на метро и электричках... Можно ли его назвать "крупным боссом" из "бёров"? Неужели такое возможно? Во Франции? Вроде бы это противоречит самой реальности. Однако это так, и сам он позиционирует себя как "промышленника", "финансиста" и "человека, наделенного властью", только не понимает, при чем тут его "бёрское" происхождение. Но некоторые его собеседники все-таки видят в нем прежде всего "араба", а потом уже "крупного босса". Мир не совершенен. Но кто бы и как бы его ни воспринимал, Язид Сабег - человек, любящий жить в свое удовольствие и в то же время авторитарный. Да, он сын иммигранта, но управляет предприятием, где работает 5000 служащих, из которых 4000 - инженеры; где годовой доход - полмиллиарда евро от продажи систем коммуникаций военным ведомствам, без сомнения, секретным службам... Да, Язид Сабег - единственен в своем роде, но он уже устал слышать это. Он не хочет значиться какой-то "статистической ошибкой", которая, как и всякое исключение, только подтверждает правило о том, что среди детей экс-колонизованных не может быть людей успешных. Ему надоела этикетка "большого патрона, но алжирского происхождения" (со всем ее "подтекстом"). Как надоело фигурировать в сообщениях СМИ об "удачливых бёрах", в списках которых он числится, потому что фактом его биографии является то, что он - хорошо окончивший школу старший сын рабочего-эмигранта... Но до недавнего времени президент административного совета "Систем коммуникаций" (CS) ни во что не вмешивался. Ему вовсе не хотелось подчеркивать свое происхождение, потому что он жил, придерживаясь самых лучших республикански ... Read more